— Черта с два. Ты — вор. — Когда он поморщился на это обвинение, Эрика она пошла дальше, ударяя по его слабому месту, в мыслях немного прояснилось, когда она продолжила более уверенно: — Ты — вор и преступник. Я видела тебя на записи со скрытой камеры, где ты приносишь часы в трейлер убитого мужчины, который занимается скупкой краденного… и который был мертв к тому моменту, как ты зашел в его логово. Ему выстрелили в голову, а ты на это едва обратил внимание. Тебя это нисколько не волновало. Ты забрал часть денег и ушел, как ни в чем не бывало.
— Откуда ты узнала, что часы были украдены?
Они обсуждали это возле тела Конни? — подумала Эрика онемело. Но разве у нее будет другая возможность? Когда он уйдет, она знала, что снова ничего не запомнит. Их встреча — счастливая случайность.
Если только он не убьет ее. Тогда в этом не будет ничего счастливого.
И, наверное, ей стоило больше заботиться о своей безопасности, находясь один на один с таким мужчиной.
— Значит, ты не отрицаешь, что был в том трейлере? — спросила она. — С часами?
— Мне пора…
Когда он начал отодвигаться, Эрика дернула его за кожаную куртку.
— Ты обокрал меня. Мой разум. Я хочу, чтобы ты вернул украденное… не знаю, как ты это делаешь, в сущности, мне все равно. Верни мне мои воспоминания.
Учитывая его силу, он с легкостью вырвался из ее хватки и поднялся на ноги. И посмотрел на нее с отстранённостью на лице.
— Я не хочу, чтобы ты лезла во все это.
— Для этого уже охренеть как поздно, не так ли?
— В какой опасности, по-твоему, я нахожусь?
— Не переводи тему…
— В какой опасности! — Его слова звучали грубо и громко, и эхом пронеслись по пустой грязной комнате с телом на матрасе. — Откуда ты узнала.
Эрика посмотрела на тело Конни, чувствуя боль в груди. В Колдвелле всегда кто-то умирал, но этой ночью казалось, что Мрачный Жнец был повсюду. И мысль, что этот мужчина, завязанный в криминале, был в опасности — не нова. Проблема в том… что угроза исходила не с улиц. А от теней из ее ночного кошмара. Она была уверена в этом.
— Мой сон изменился, — ответила она хрипло. — Прошлой ночью я заснула за рабочим столом, и я знала, что снова увижу его… но что-то изменилось. В плохом смысле. Если ты вернешь мне мои воспоминания, наверное, я смогу определить, что именно.
Она не верила в то, что говорит. Ничему из этого.
Потому что казалось, что в Колдвелле было два мира, явный и тайный, эти мгновения сейчас с ним заставляли ее преодолевать пропасть, о которой, как ей казалось, ей не положено знать.
— Ты не сможешь спасти меня. — Он покачал головой, изучая ее лицо взглядом. — И происходящий бардак — кроличья нора, в которую ты не должна соваться.
Эрика вспомнила, как проснулась, падая со своего стола. Было два сна, один повторяющийся из триплекса, а другой новый, напугавший ее… где происходил этот ночной кошмар? Где она была…
— Я спускалась по своей лестнице, — выпалила она. — Была в своем доме. Свет не горел. Я спускалась по лестнице к входной двери. Я посмотрела в зеркало… там была тень. На меня бросилась тень… тень, которая вылезла из тебя.
Четкие воспоминания нахлынули на нее вместе с вернувшейся мигренью, но Эрике было плевать. Было облегчением помнить хоть что-то… даже если волосы встали дыбом на затылке, а все тело покрылось мурашками. И это было странно. Ночной кошмар, где тебя преследует какое-то зло — стандартное порождение подсознания, и все же она нутром чувствовала, что этот сон был…
Был реальным.
Она пришпилила подозреваемого жестким взглядом:
— Не хочешь, чтобы я тебя спасала? Ладно. Но не оставляй меня в положении, где я не смогу защитить саму себя. Та хрень у меня дома.
Зарубка на память: дерьмовая ситуация всегда может стать еще дерьмовей.
***
Стоя над своим детективом — хотя она не была
И наркоторговец оставил эту женщину живой.
Балз зашел через входную дверь и прошел на медный запах в эту спальню… и когда стало очевидно, что он опоздал, он собирался сразу же уйти.
Но кое-что ему помешало.
Кажется, судьба знала, что его детектив появится здесь.
И вот он, закопался еще глубже.
— Дерьмо. — Балз окинул взглядом грязную комнату. — Твою… дивизию.
Когда его глаза не предложили ему вариант на скорую руку — ведь здесь ему не ярмарка для решения проблем — Балз сосредоточился на Эрике. Она смотрела на труп, не двигаясь — а значит, в ее голове кипела работа. И он был тому причиной.
— Я никогда не верила в существование списка, — сказала она отстранённо, словно обращалась к себе. — Никогда… а сейчас, кажется, поверила.
— Какой список.
Прошла целая минута, прежде чем Эрика посмотрела на него, и у него опять возникло ощущение, что она разговаривает сама с собой:
