— На твой и планирую.
С удивительной твёрдостью в руке Балз обхватил оставшийся кинжал.
— Я никогда больше тебя не трахну.
Он приставил кинжал к своему горлу и надавил, острое лезвие касалось яремной вены. За вспышкой боли он ощутил запах крови, понимая, что рана плеча убивает его.
— Никогда больше, — повторил он.
Демон прищурила свои блестящие глаза.
— Ты этого не сделаешь. Ты добьёшься только одного — что сам на вечность окажешься в аду, а меня оставишь с твоей подружкой. Хотя я с удовольствием с ней позабавлюсь.
— У неё есть защитник сильнее меня.
— Да ну? — Девина помахала пальцами перед своим лицом и жестом показала уууууууу. — Как страшно.
— Тебе стоит бояться. Лэсситер присмотрит за ней…
— Думаешь, он станет тратить время на человечку? И где он тогда сейчас? — В её голосе звучала скука. — Перестань уже, а. И ты себя не убьёшь. Ты разве не в курсе, что не стоит шутить такими вещами…
— Я не шучу. Она — невинная, и если ты причинишь ей вред чтобы зацепить меня, она попадёт под его протекцию. — Девина прищурилась, и он кивнул. — Я убью себя, и тогда она получит свободу по двум причинам. Она не будет связана со мной, и ты не сможешь до неё дотянуться.
— Ты же сказал, что она для тебя ничего не значит. — Девина выгнула бровь. — Или ты думаешь, я тебя тогда не слышала?
— Желаю повеселиться с падшим ангелом.
Когда он усилил хватку на рукояти, Девина быстро выдохнула:
— Ты окажешься в Дхунде. Тебя не пустят в Забвение.
— Мне плевать на вечность в аду, если я спасу её.
С этим словами Балз прижал лезвие к коже, вскрывая себе горло. Кровь мгновенно брызнула фонтаном, и раздалось бульканье, когда он попытался сделать вдох, что-то сказать было сложно.
Практически невозможно.
И всё же он смог выдавить:
— Никогда больше…
Сидя напротив Бутча… на шёлковом диване, которому самое место в музее с табличкой «НЕ САДИТЬСЯ»… Вишес пытался сконцентрироваться на том, что обсуждали в кабинете Слепого Короля. Братство, Ублюдки и остальные воины втиснулись в причудливую комнату и выглядели как солдатский взвод, высадившийся в Версале.
Французская мебель и бледно-голубые стены сочетались с оружием и чёрной кожей как граната — с кружевом.
Но ему плевать было на декорации.
— …уничтожена, — сказал Сэвидж. — Вместе с Книгой. Зачем снова это обмусоливать?
Ви посмотрел на телефон, лежавший экраном вниз на его бедре.
— Потому что наш парень, Бальтазар, чувствует демона… и он её видит.
— В своих снах, — парировал Сэвидж перед всеми воинами. — Не хочу проявить неуважение к нему. Просто я был в том пожаре. Оба сгорели до пепла.
Сэвидж был огромным мужиком даже на фоне брата вроде Мëрдера. С тёмными короткострижеными волосами и трехдневной щетиной, он производил впечатление очень умного и опасного убийцы, готового положить жизнь за свою шеллан, Короля и всех в этой комнате.
К слову о королях: лидер всей расы сидел за резным столом на огромном резном троне как арахисовая паста между двумя тостами. Оба предмета мебели принадлежали его отцу, в честь которого назвали Рофа, а тот в свою очередь назвал своего сына. Длинные тёмные волосы с вдовьим пиком он также унаследовал от отца, но взрывной темперамент и острый язык? Точно нет. Его отец был джентльменом. Роф, с другой стороны… оправдывал своё имя.
Впрочем, им необязательно иметь хорошо воспитанного короля. Им нужен король со стальными яйцами.
— Я верю Балзу, — заявил Ви на всеуслышание. — И мы все должны серьёзно отнестись к нему. Думаете, он просто так избегает этот дом?
Не говоря уже о том, что Ви узнал прошлой ночью. Хотя выкладывать это при всех он не станет.
Голоса послышались изо всех углов, и Роф откинулся на спинку трона, черные очки в оправе напоминали маску на его напряженном лице. Когда голоса стали еще громче, Король протянул руку в сторону, сгреб Джорджа, своего пса-поводыря, в охапку и усадил на свои колени. Джордж ненавидел распри. Поэтому часто жался к своему хозяину.
Но споры продлятся недолго. Король снова прикажет всем исходить из предположения, что Девина и Книга где-то в Колди. Иначе действовать нельзя, и хотя Сэвидж продолжает настаивать на своей правоте, брат вскоре изменит свое мнение. Ничего не стоит вести себя осторожно и ожидать худшего… но Роф не станет сию секунду рубить с плеча. Он хорошо знает мужчин, с которыми имеет дело. Им нужно выпустить пар, хотя нельзя сказать, что все не согласны с информацией Балза.
Ви нахмурился и посмотрел на телефон. Потом, наклонившись к своему соседу, прошептал:
— Сейчас вернусь.
Бутч наклонился и тихо спросил, впрочем в этом шуме их бы всё равно никто не услышал:
— Ты куда?
— Перекурю.
— Можешь принести с собой «Мистер и Миссис»?
— Если Фритц поймает меня с серебряным подносом и бокалом твоего любимого бурбона, мне конец.
— Ты всегда можешь от него убежать. Особенно по такому поводу.
— И тем самым доведу его до сердечного приступа. Не думаю, что домашние обрадуются, ага?
Оставляя «так точно» без ответа, Ви поднялся на ноги и пробрался к дверям… и по пути дёрнул Кора за руку. Ублюдок не стал задавать вопросы, а просто последовал за ним в коридор.
