Его слова пугают, но я прекращаю попытку отстраниться, понимая, что сейчас это бесполезно.
Он не в себе.
– Ты будешь спать только в моей постели. И только
Его губы с какой-то одержимой нежностью касаются моей мочки уха, когда он тихо говорит те слова.
Воздух наэлектризовался, и у меня стало покалывать кожу, а волосы на затылке встали дыбом.
Не смею пошевелиться.
– Я не буду тебя сегодня трогать. Тебе нужно привыкнуть, понимаю, – его голос, хрипловатый и низкий, звучит пугающе. – Но вечно ждать тоже не буду. Не провоцируй меня, Леонора.
Когда Рован отпускает и отходит назад, то я смотрю на него широко распахнутыми глазами, чувствуя бешеное сердцебиение.
Он уходит, скрываясь в ванной и оставляя меня в таком состоянии.
Первые пять минут я стараюсь прийти и взять себя в руки, чтобы успокоиться, убедить, что всё нормально.
Гарнет действительно одержим мной, как и говорил Доусон.
Дальше я двигаюсь к шкафу и беру самый закрытый комплект белья, состоящий из футболки и шорт, которые натягиваю на себя. Следом пулей ложусь в кровать на самый край, заворачиваясь в одеяло и умоляю свой организм, как можно быстрее заснуть, чтобы эта ночь прошла быстрее. Но этого, как назло не происходит.
Рован возвращается обратно, только уже в одних трусах. Как только я вижу его полуголым, то отворачиваюсь и прикрываю глаза. Да, я видела его и других парней неоднократно в плавках на плавание, но это было восемь лет назад! Его тело успело измениться.
Он говорит Аманде погасить свет, а после ложится рядом. Чувствую, как матрас под его весом проминается.
Рован не обнимает и не прижимается ко мне, просто так и лежит на одном месте.
Я слышу его дыхание, которое с каждым разом становится всё более спокойным и размеренным, а позже вдруг понимаю, что мужчина уснул. Поворачиваюсь к нему, чтобы убедиться в этом и понимаю, я права.
Он спит.
Провожу ладонью перед его лицом несколько раз, однако Гарнет никак не реагирует.
Как так быстро можно уснуть?
Долго смотрю на него, на расслабленное лицо, которое сейчас не выглядит так враждебно, как обычно.
Я могу убить его сейчас. Так просто во сне. Выполнить требование Нэйги, спасти брата и избавиться от того, какие проблемы он уже успел доставить мне. Не делаю этого не только по той причине, что не могу, но и по той, как бы сильно его ненавидела, никогда бы не сделала подобного. Я не убийца. И не мне судить, кто заслуживает смерти, кому жить, а кому умереть. И я не собираюсь становиться оружием в чужих руках.
Прикрываю глаза и сама не замечаю, как позже погружаюсь в сон.
Просыпаюсь от того, что первые лучи солнца касаются лица, заставляя поморщиться несколько раз прежде, чем окончательно открыть глаза и очнуться.
Когда понимаю, где нахожусь, то оглядываюсь, понимая, что Рована уже нет. Отлично.
Если я не вижу его с самого утра, значит, день должен быть хорошим.
Я встаю, иду умываться, переодеваюсь и выхожу, следуя прямиком на кухню. Лица охранников те же самые, и мысленно задаюсь вопросом, когда они спят и спят ли вообще. Не могут же они круглосуточно охранять это место?
В холодильнике, как и до этого, уже ждет готовая и свежая еда. Видимо, её готовят заранее.
Когда уже ем, то вижу мистера Глэдина, выходящего из-за угла и движущегося прямо в мою сторону.
– Доброе утро, Леонора, – здоровается он первым, – мистер Гарнет просил передать его извинения, что вы очнулись, когда его уже нет, – ну, это я как-нибудь переживу, – как и просил передать это. Ваш личный телефон, – мужчина кладет на стол телефон, – в нем уже забит номер вашего брата, родителей и мистера Гарнета. Остальное останется только настроить.
– Хорошо, спасибо.
– Если понадоблюсь, то в телефоне тоже есть мой номер. Можете звонить и писать по любому поводу, если не найдете меня на территории дома.
Выдаю кивок, беря в руки устройство и осматривая его.
Итак. Какова вероятность, что Рован сможет отслеживать меня через него?
Писать прямо сейчас Нэйги не буду. Даже если это будет тот текст, что она мне велела, то вероятность быть пойманной высока.
Я отправила забавный смайлик брату, на что тут же получила сообщение в виде большого пальца вверх. Родителям скинула утреннее фото, Рована переименовала, как "маньяк" и отослала средний палец. Мужчина тоже почти сразу прочитал сообщение, но ничего не ответил. Это тебе вместо доброго утра.
Я доела свой завтрак в тот момент, когда тут появилась и Грейс.
– У тебя появился телефон, – тут же сказала девочка и забрала его, чтобы позвонить себе. – Отлично.
Я думала, что после ужина Грейс уедет, но она всё ещё здесь.
– Грейс, а где ваши родители? Почему их вчера не было?
– О, они на другом конце мира, все в делах. Поэтому я живу то с братом, то с няней в отдельном доме, про который я упоминала, что он недалеко, то летаю к родителям, – она пожала плечами и налила себе сок. – Ну, что? Когда мы уже отправимся в тюрьму?
– Ш-ш-ш, – сказала ей и огляделась, а она закатила глаза.
– Ты думаешь, я настолько глупа? Глэдин уже в саду, а охрана нас отсюда при всем желании не услышит. Так что?