Кажется, все разрешилось само собой. Драки не будет, и разнимать никого не придется.
Я бросила безучастный взгляд на Айзела, ослепленного гневом, и последовала за Редом.
— Тц! Удобно прикрываться лживой заботой о людях…
Развернулась и решительно отрезала:
— Айзел, хватит. Да, у вас разные мнения по поводу сложившейся ситуации, но не стоит из-за этого ругаться. От ваших разборок все равно ничего не изменится. И еще, Гантэр не трус, он правда в первую очередь беспокоится о людях. Не делай поспешных выводов.
Мне немного обидно за Реда. Он всегда вызывал уважение своим ответственным отношением к работе и всегда на первое место ставил людей.
Резко и шумно выдохнув, Айз подошел ко мне и вспыльчиво спросил:
— Ангелочек, поставь себя на их место, разве ты бы не хотела знать правду?
— Не знаю, — ответила честно. — Я не на их месте.
Надо бы поинтересоваться мнением Дарена на эту тему.
— А вот я бы хотел! Даже не будь у меня этой тупой силы, я бы хотел знать правду и быть готовым к встрече с ними.
Я медленно побрела по тропе, спросив:
— И что бы ты делал? Без силы?
За спиной послышались шуршащие шаги: Лендер пошел следом за мной.
— Я бы ни за что не дался им. В клочья бы их разорвал… или себя.
— Ты без башни, Айз, — бездумно коснулась пальцами дерева, провела по шершавой коре и опустила руку. — Помнится, ты когда-то обронил, что хочешь дожить до внуков? Это будет сложно с такими-то рассуждениями.
— Вы идете там или ползете?! — закричал Гантэр вдалеке.
Перестав болтать, мы прибавили шагу.
Там, где заканчивалась тропинка, находилось место, насторожившее мужчин. На первый взгляд ничего примечательного в нем нет: все тот же лес и вокруг растут все те же высокие стройные сосны, но…
Из земли к небу змеями вьется скверна. Тьма словно вросла в почву между двух деревьев, она прикасалась к стволам и сплетающимся ветвям, отравляя их.
Дискомфорт в груди заставил сделать шаг к ней.
— Куда?! — Айзел схватил меня за локоть.
— Что ты увидела, незабудка?
— Скверну, — выдохнула. — Мне нужно посмотреть, Айз.
С явной неохотой он отпустил. Я подошла к оскверненному месту и присела на корточки.
Тяжесть смерти давила на плечи, мерзкое ощущение безысходности вызывало тошноту и внутреннюю дрожь.
Сделав глубокий вдох, опустила руку на землю. Сухая колючая хвоя впилась в ладонь, а скверна, оставив деревья, перетекла ко мне.
Горло сдавило невидимыми цепями. Я пыталась вдохнуть, но лишь беспомощно открывала рот. Моя энергия стремительно ускользала в пустоту, а вместе с ней и жизненные силы.
— Дура! — рявкнул Лендер, дергая меня за капюшон и вытаскивая из лап скверны.
Кашлянув и поправив толстовку, свободно задышала и с удивлением обнаружила, что энергии ничуть не убыло и силы мои в полном порядке. Глупо хлопая глазами, осталась сидеть на земле. Что сейчас произошло?
— Ал, ты в порядке? — присел рядом Гантэр, обеспокоенно вглядываясь в мое лицо. — Ты вдруг захрипела… Что случилось?
— Самой бы хотелось узнать.
Поморщившись, потерла горло. Эти ощущения принадлежали не мне. Коснувшись скверны, я почувствовала, что пережил человек перед смертью. Он задыхался, и из него вытягивали энергию. Выходит, его убила… Сущность? Но почему я это почувствовала? Обычно такое случается, если…
Я широко распахнула глаза и уставилась на руководителей, не моргая.
— Здесь закопан труп, — не верю, что произношу это. — И вы можете послать меня на три буквы, если его убила не Сущность.
— Труп? Ангелочек, ты чего там надышалась? — усмехнулся Айзел, но поняв, что я не шучу, смачно выругался: — Зло*бучий день! И че нам делать?
Ред протянул мне руку и помог подняться.
— Настоятельница говорила, что местный участковый — ее воспитанник, — сказала я, отряхивая штаны от мусора. — Может, обратимся к нему?
Трясущейся тощей рукой участковый поднес ко рту зажженную сигарету и затянулся. На его побелевшем лице выступила испарина. Роджар до сих пор не мог отойти от потрясения.
Гантэр стоял рядом с ним и невозмутимо отвечал на вопросы полицейских. Истинные чувства Реда выдавали потяжелевший взгляд и опущенные уголки губ.
Айзел курил неподалеку от меня, а я… Я смотрела на черный мешок, в который упаковали тело девушки, и на ее фиолетовый грязный рюкзачок, испытывая… сожаление? Да, скорбь и печаль осели камнем в груди и комком в горле от того, что молодую девчонку беспощадно лишили жизни. У нее не было даже малейшего шанса, чтобы спастись…
Еще свежее воспоминание вновь и вновь прокручивалось в голове.
Всего полчаса назад помощники участкового выкопали труп в том самом месте, где зародилась скверна. Я туда не глядела, внимательно наблюдая за хмурым выражением лица Роджара. Оно моментально изменилось, стоило ему увидеть мертвеца: белесые брови мужчины взметнулись вверх, глаза расшились от смеси ужаса и шока. Он отошел на шаг от ямы и схватился одной рукой за дерево, а другой за сердце.
— Боже, девочка… Как же так? — неверяще прошептал мужчина, тяжело задышав.
На секунду прикрыв глаза и никак не выдавая своих эмоций, Гантэр спросил:
— Вы знаете ее?
