Чтобы легче было маневрировать в зоне огня зенитной артиллерии, экипажи открывали бомболюки в конце боевого курса, за 13-15 секунд до сброса бомб, уход от цели производили с учетом наиболее выгодного маневра, исключающего опасность столкновения с вершинами гор, которые часто были закрыты облаками. Все это позволяло бомбардировщикам успешно выполнять нелегкие задачи, ставившиеся перед ними.
Истребители армии по численности имели превосходство над гитлеровцами в четыре раза и полностью господствовали в воздухе. Действия их отличались внезапностью и решительностью, боевые порядки были гибкими и маневренными. Состав боевых групп истребителей, как правило, не превышал 8-10 самолетов, но для наращивания силы удара применялись эшелонированные действия. Так как аэродромы базирования находились на расстоянии 40-60 км от линии фронта, прикрытие войск осуществлялось методом непрерывного патрулирования, а резервные группы располагались в первой готовности на аэродромах и взлетали по команде пунктов наведения.
При сопровождении штурмовиков и бомбардировщиков истребители действовали парами и находились выше прикрываемых самолетов. Если не было истребителей противника в районе цели, они участвовали в штурмовке наземных целей и подавлении батарей зенитной артиллерии, для чего брали бомбы. Так, 16 сентября шестерка Ла-5 под командованием заместителя командира 111-го гвардейского полка по политической части гвардии подполковника И. А. Зуба сопровождала группу Ил-2 571-го штурмового полка. В районе цели штурмовики были обстреляны зенитками, огонь которых мешал действиям штурмовиков. Гвардии подполковник Зуб, оценив положение и учитывая отсутствие в этот момент истребителей противника, решил штурмовать позиции зенитной артиллерии. После нескольких атак истребителей огонь с земли прекратился. Это обеспечило дальнейшую свободу действий штурмовикам, которые сделали по девять заходов и уничтожили шесть автомашин с пехотой, две бензоцистерны и без потерь возвратились на свой аэродром.
Как всегда, летчики-истребители вели себя смело и мужественно. Самолет Героя Советского Союза старшего лейтенанта В. М. Дудниченко при выполнении боевого задания в Карпатах был подбит снарядом зенитной артиллерии. Выпрыгнув из горящей машины, летчик с парашютом приземлился на территории, занятой противником. Боевые друзья тяжело переживали потерю своего товарища, но в душе таили надежду на его возвращение. Они знали его отвагу, настойчивость и выдержку, способность бороться до конца. Ведь на счету Дудниченко было 22 сбитых самолета противника. И надежды оправдались. Через трое суток Виктор Дудниченко вернулся раненый и изможденный в полк. Он рассказал, с какими трудностями пробрался через линию фронта и как тепло его встретили пехотинцы. Но об одном событии скромно умолчал. Через несколько дней группа летчиков этого полка выезжала на передний край обороны для изучения местности, и пехотинцы рассказали, как Дудниченко, пробираясь к своим, на нейтральной полосе натолкнулся на тяжело раненного в голову советского пулеметчика Александра Туболкина, который истекал кровью и самостоятельно двигаться не мог. Будучи сам раненным, Дудниченко вытащил Туболкина из-под огня противника и передал его пехотинцам, которые были благодарны боевому летчику за спасение их товарища.
По планам политотделов в частях и соединениях систематически проводилась партийно-политическая работа с личным составом по мобилизации воздушных бойцов на самоотверженное выполнение боевых приказов командования. В первичных партийных и комсомольских организациях проходили короткие деловые собрания перед боевыми вылетами и после проведенных боев. В подразделениях агитаторы проводили беседы с личным составом. Политработники вникали во все дела и своевременно реагировали на каждое событие. Заместители командиров авиаполков по политической части умело опирались на партийный актив, в каждой эскадрилье у них были надежные помощники, которые охотно выполняли все их поручения, в результате чего и политработа шла хорошо, и летать замполиты успевали.
В сентябре 1944 г. 10-й истребительный авиационный Сталинградский корпус и 15-я гвардейская истребительная авиационная Сталинградская дивизия были награждены орденом Богдана Хмельницкого II степени, а 224-я штурмовая дивизия - орденом Красного Знамени. В этих соединениях были проведены митинги личного состава, которые прошли с большим подъемом и способствовали мобилизации авиаторов на успешное выполнение боевых задач. "На нас, гвардейцев, - заявил на митинге заместитель командира эскадрильи гвардии старший лейтенант В. А. Быстров, - смотрят все, по нас равняются. Высокая правительственная награда обязывает делать все возможное для достижения победы над врагом, еще беспощаднее уничтожать фашистов"{92}.
