Сегодня опять не работаем, потому что холодно. Там на самом деле не холодно, но сильный ветер. Сообщили мне об этом по телефону – оба моих коллеги не любят говорить важное или неприятное в лицо, предпочитают звонить. Самое обидное, что «хороший» химик на обеде стал говорить мне всё то же, что и пресловутый зам: «Ты можешь всё изменить, старайся, надо просто наладить личную коммуникацию». Мне уже просто становится плохо от таких разговоров. Они не знают, что я верила в это всё в начале экспедиции и была убеждена, что я могу всё изменить, – но наткнулась на что-то античеловеческое в общении с этими людьми. Мне с огромным трудом пришлось убедить себя в том, что надо просто отстраниться, остановиться вместо уничтожения себя, разбивания о нечто страшное в попытке добиться хоть какого-то компромисса. В общем, настроение прилично испортилось. На фоне отсутствия замены мне здесь начинаю нервничать ещё больше. Но хотя бы кофе теперь есть, и на том спасибо.
Сходила за кофе и повзаимодействовала с людьми, класс. Встретила зама, говорю ему, что мне нужен второй матрас (оказалось, у всех два с самого начала). В ответ, конечно же, претензия: что ж ты молчала все эти четыре месяца?! Никогда я не привыкну к местной манере общения. Главный геолог на вопрос, когда же пробоотбор, просто ушёл от ответа, физически. А стараться должна я. Думаю, лучший выход – сидеть в каюте в своём маленьком мире и пытаться его сохранить.
Какое счастье – матрас выдали! Он небывалой жёсткости: внушаю себе, что теперь буду спать очень хорошо, лучше, чем когда-либо.
Сейчас настроение хорошее! Почему? Относительно много переписывалась с человеком (как же странно называть его просто «человек», но как ещё?), ещё удалось почитать в конференц-зале: кое-как уговорили начальников не смотреть ни фильмы, ни исторические лекции – на всё сложно успеть, а хочется; пока я лежала там, пришёл геофизик, поинтересовался моим творчеством – это он про рисование. Договорились, что я покажу ему картинки как-нибудь. Разговор был коротким, но таким этичным и милым. Ну и, наконец, решила погулять – это связано с ещё одним событием. Я написала письмо бывшей одногруппнице, она ответила молниеносно и, как всегда, максимально энергично и позитивно. Слегка шеймит в шутку, что даже в Ленобласти постоянно видят полярное сияние, а я тут ещё ни разу… Так что буду выходить иногда, следить. Да и вообще погулять на свежем воздухе полезно. В этот раз лицом чувствовала ветер, хоть он и не был сильным. Подумала, как глупо, что институт не закупает женскую одежду для экспедиций (я ведь уже писала про это?); всё тёплое у меня мужское, в том числе и балаклава, достаточно просторная и от этого не имеющая особо смысла. Надо было озаботиться и купить свою, наверное, но про прогулки на свежем воздухе я не думала, зная, что моя работа этого не предполагает. Ой, забыла ещё одно: я очень продуктивно поработала! Не так давно начала то, что долго откладывала, а скоро уже доделаю, и результат мне нравится.
Получила долгожданное письмо от человека на суше – теперь чувствую себя совсем хорошо, жизнь как будто возобновилась после паузы. Осталось ещё поговорить с А., и тогда будет идеально. Прекрасно помню, что последний раз мы нормально разговаривали двадцать девятого декабря; в день празднования Нового года он практически насильно добился моего взгляда, отчего мне стало немного страшно, и я не взаимодействовала с ним с тех пор. А я так много могу рассказать! Мои записки, наверное, напоминают третьесортные романы для девочек в мягкой обложке, но такова моя реальность, что поделать…
Теперь сюда пишу меньше, потому что многое уходит прямиком в соседнее окно, в письмо человеку.
Недавно ходила в сауну с главным поваром, и взаимодействие с ней оказалось информативным.
