Вчера вечером было немного драмы, лично моей. В День геолога ночью почти сломали титратор в экологической лаборатории, подозревают младшего коллегу-геолога, который пьянствовал больше суток, наверное. Сомневаюсь, что кто-то ещё мог сделать подобное, но не знаю, есть ли доказательства. Начальник на собрании опять пригрозил ему принудительной ротацией, притом что самого наказуемого там не было – это делает угрозу реальней или нет? Но если это в самом деле произойдёт, тогда у меня не остаётся причин покидать судно. Во-первых, сюда приедет мой человек, а с ним ничего не страшно, во-вторых, без более сумасшедшего младшего коллеги старший не так опасен, ну и в-третьих, странно оставлять здесь группу геологов, состоящую из двух негеологов. Последнее опасение я выразила вслух перед кинопоказом, видимо, в жёсткой форме: «…Тогда здесь останутся два человека, ничего не смыслящих в геологии», показалось, что все вокруг нашли это страшным оскорблением, отчего мне ещё долго было очень стыдно. Но это факт! Напрягает, что реакция людей на слова так сильно на меня влияет. Спала отвратительно и из-за этого стыда, и из-за неопределённости будущего, уже в который раз.
Взаимодействуя с геологами сегодня, заметила, как сильно я им нужна для контейнирования эмоций. Удивительно! Сразу кажется, что именно этого они ждут от женщины в научной группе в первую очередь. Наверное, они всю жизнь так используют женщин вокруг себя. А я вот не желаю выступать в этой роли – отсюда, возможно, их недовольство мной. О, неужели это скоро кончится? У меня, наверное, миллион травм только от общения с ними, а ведь на суше всё не так – не нужно быть в постоянном напряжении и ждать подвоха от людей. Нужно будет разучиваться, перестраиваться. Кажется, я возвращаюсь из экспедиции домой, а на самом деле впереди ещё огромный путь.
Не выспалась – встала в десять, чтобы учить эколога пользоваться микроскопом. Он начал мне рассказывать про всякие паранаучные штуки. Может, в чём-то он и прав, но так лень описывать здесь всё, что он говорил. Сейчас сил хватает только на то, чтобы монотонно работать с данными, профилями дна. В дополнение ещё и слушаю по кругу альбом Current 93 "I am the last of all…", как-то хорошо он подходит под эту работу. Ходила гулять, что при столь ярком свете бессмысленно: солнцезащитные очки запотевают, для фотографии слишком контрастно, надо натягивать балаклаву на все части лица, чтобы не загореть.
На собрании объявили, что аэродром на льдине недалеко от полюса сделан, на одном из перевалочных пунктов – тоже, так что с ротацией всё идёт по плану. Ещё сказали, что один геофизик (который вроде бы мой друг, хотя мы уже давно не контактировали) передумал ротироваться и теперь будет занимать пустующее место того эколога, которому не нашли замену. В момент объявления все аж зааплодировали – так поддержали желание остаться. Получается, из науки ротируется всего три человека: я, один из егерей и эколог. Стало немного обидно всё-таки, что сумасшедшего коллегу так и не выгнали, хотя он мешал работе и геологов, и всех остальных, а я ухожу и получаю более долгую разлуку с человеком. Интересно. Кажется ведь, что было бы рациональнее остаться мне вместо этого коллеги. Правда, есть ощущение, что это меня некоторые лица, принимающие решения, типа зама, считают сумасшедшей. Он намеренно провоцирует, а потом говорит: «Ну ничего, недолго вам осталось страдать, скоро всё закончится». Никто не знает, что вместо меня сюда прилетит мой человек. Хотя не думаю, что это что-то изменило бы.
Утром пила кофе со вкусом оттаявшего окна – очень вкусно, между прочим. Просто ёмкостей у меня не так много, и я ставлю чашку на подоконник, чтобы вода не текла дальше в каюту. Интересно, что лёд начинает таять от света солнца, когда этот борт поворачивается к нему (или солнце оказывается с этой стороны). Вкус, немного металлический, горьковатый, остаётся, хоть я и споласкиваю эту чашку.
Слушала на дорожке запись передачи с молодым электриком – звучала песня Blue Öyster Cult "Don't fear the reaper", которая никак не выходит из головы. И хорошо, она мне нравится!
Уфф, надо что-то написать. Завтра ведь последний день на борту… Сегодня утром к нам прилетал вертолёт с людьми, с гостями, а я всё проспала. Только сейчас понимаю, что ротация реальна – бросилась готовиться, собирать вещи. Очень нервно, на самом деле. Сложно быть готовым к такому. Завтра отправлю это письмо, последнее. Как обычно, всё заканчивается так неожиданно. Думаю, что я совсем не готова к жизни на суше.
В последние дни много смотрю Stranger Things – очевидный уход от реальности. Сначала было страшно, теперь меньше, но вижу, что это не мои ощущения, а сам сериал изменился.
