— Двух случаев мало, чтобы делать выводы, — заговорил жандарм. — Может, вы правы, а может, и нет. Тогда имеет место оговор людей, павших при исполнении своих обязанностей.
Анисимов покраснел, но не сдался:
— Коли уж вести дознание, надо проработать все версии.
— Вы сами сколько дознаний провели?
Лыков пришел на помощь подчиненному:
— Дмитрий Иннокентьевич, ты на личности не переходи. Иван Федорович служит в Департаменте полиции второй год. И дознания не по его части, он аналитик.
— Кабинетный работник, значит? Ну-ну…
Назревал конфликт между членами группы, и статский советник не стал жалеть приятеля.
— Тут опытных дознавателей полна комната. Можем друг перед дружкой до утра меряться. А без свежего ума что мы стоим? Опыт нам мешает видеть неочевидное. Я считаю догадку Ивана Федоровича вполне правдоподобной.
И Запасов отступил:
— Ну, пусть так.
Анисимов зыркнул на него неприязненно и продолжил:
— Высказываю вторую догадку. Когда налеты происходят в поездах, тоже убивают. Но ситуация в поезде другая, там информантов нет. Артельщик знает, что рискует. Это в ломбарде можно пальнуть в потолок, крикнуть «все на пол!», и персонал послушно ляжет. Никто кассира не обвинит, что тот не полез с голыми руками на револьвер. В купе поезда счет идет на секунды, налетчикам надо быстро взять деньги и убраться. Практически при каждом эксе артельщику достаются пуля или нож. Согласны?
— И что?
— Значит, при железнодорожном эксе наводчик — другой человек, не тот, кто везет деньги. А кто же?
Отставной подполковник напористо обратился к действующему полковнику:
— Как в вашем ведомстве принимают заявки на перевозку крупных сумм?
Запасов сообразил сходу и ответил:
— А вот эта мысль делает вам честь. Прошу извинить меня за предыдущее.
— Извиняю, а вы ответьте на вопрос.
Теперь все смотрели на жандарма. Зубатов тоже высказывал такую догадку, вспомнил Алексей Николаевич. Ну-ну. Сейчас узнаем, даст ли ответ Запасова направление поиску.
— Согласно инструкции, — начал полковник, — перевозимые по железной дороге ценности должна сопровождать жандармская полиция. Перевозчик извещает нас за две недели.
— Вас это кого? — уточнил Азвестопуло.
— На каждой дороге поставлено по-разному. У меня в Московском ЖПУЖД[25] такие заявки поступают к специально выделенному офицеру, который и организует охрану. А на Северных железных дорогах, насколько мне известно, такую работу ведут канцелярские служащие.
— С которых и взятки гладки, — подхватил Азвестопуло.
Запасов лишь пожал плечами.
— В любом случае каждое из нападений в поездах можно разобрать. И установить, кто именно отвечал за охрану и за секретность, — подытожил Лыков. — Так ведь?
— Так, — подтвердил полковник.
— Обратите внимание еще на такое обстоятельство, — развил свою мысль Алексей Николаевич. — Банки или там ломбарды грабят один раз. Информант сделал свое дело и больше не нужен, его убить раз плюнуть. А железная дорога не то. По ней постоянно перевозят деньги и ценности. Человек, собирающий заявки на сопровождение, — важный источник, его кончать нельзя. Такой еще многократно пригодится.
— Что из этого следует? — не понял Телятьев.
— Кассиров убили, у них не спросишь. Наводчики они были или нет, уже не узнать. А вот на дороге наводчики сидят живые и здоровые. С них и надо начать, тогда и выйдем на банду «Альфа».
Мысль пришлась всем по душе. Запасов как представитель железнодорожной жандармерии обязался исподволь собрать нужные сведения. У него на всех дорогах были приятели, они справятся.
Закончив с «Альфой», вольнонаемный аналитик перешел было к следующей банде.
— Теперь поговорим о «Бете».
— Нет-нет, — замахал руками свежеиспеченный коллежский асессор. — Пусть сначала чаю принесут. С баранками. А то мы с вами, Иван Федорович, сорок восемь часов головой работали, а делопроизводитель в Москве у Крынкина кушал. Пока не напьюсь, о делах говорить не желаю.
И нахал добился своего. Группа дознавателей сделала перерыв на чаепитие. Только опростали по чашке, как в кабинет заглянул директор.
— Что за кейф? — нахмурил Нил Петрович седые брови. — В служебное время вокруг самовара…
— Перекур и в армии дозволяется, — отмахнулся статский советник. — Тут мысли генерируют. Аж дым идет! Без чая никак.
— Ну-ну… генерируйте…
Зуев удалился, пиршество продолжилось. Богач Лыков расстарался: баранки были от лучших булочных, чай фамильных сортов. Наконец все насытились. Анисимов отдышался и продолжил:
— Насчет «Беты». Она попроще «Альфы», организация там хромает. Поэтому два налета из пяти у них провалились. Зато взяли они больше, потому как тащат все подряд: и векселя, и доходные бумаги, и даже багажные квитанции. В последний раз захватили товарную накладную на два вагона рафинада и вполне успешно продали его.
— Кому?
— Выясняем, Алексей Николаевич, — встрял Лоренцев. — Я знаю об этой истории. В чайных Петербургской стороны всплыл тот рафинад. Купили через посредников.
