«Слишком долго я не покидал корабля, - подумал Дядюшка Крунч, стараясь не пыхтеть и едва поспевая за капитанессой, - Вот и привык, пустил корни… Забыл, что я – старая развалина. А еще мнил себя защитником, одну отпускать не хотел, дурак ржавый… Это все «Вобла». Должно быть, ее магия поддерживала меня все это время, только я не замечал…»
Но он забыл про это, как только Алая Шельма, не обращая внимания на дверной молоток, решительно распахнула дверь.
* * *
Едва лишь оказавшись в приемной, Паточная Банда замешкалась. Штаб-квартира «Восьмого Неба» могла выглядеть неухоженной снаружи, а остров – казаться почти безлюдным, но это ощущение полностью пропадало, стоило лишь переступить порог, и это сбивало с толку сильнее хлесткого порыва ветра.
По коридорам сновали сотрудники, все похожие друг на друга, точно матросы в одинаковой форме, с тем лишь отличием, что все они были в строгих, идеально сидящих, сюртуках и белоснежных рубашках. И как матросы подчиняются боцманскому свистку, так серые обитатели «Восьмого Неба» подчинялись окрикам своих начальников и отрывистым звонкам, которые издавали большие и сложные аппараты, расставленные по всему дому. Машин этих было неисчислимое множество, на миг Дядюшке Крунчу даже показалось, словно он попал на машинную палубу современного корабля – здесь все вокруг звенело, трещало, двигалось и ворочалось, скрежеща металлическими голосами. Из некоторых машин торчали клавиши сродни тем, что ему приходилось видеть на рояле, только с нанесенными на них буквами алфавита. Другие представляли собой сложнейшие устройства из вращающихся валов с поршнями и молоточками, которые могли дать фору его собственному устройству.
- Арифмометры, - уважительно произнес Габерон, забыв про спесивую улыбку, нацепленную им на пороге, - Стоят уйму денег. Роза Ветров, сколько тут всего…
Дядюшка Крунч ожидал, что появление Паточной Банды вызовет если не панику, то, по крайней мере, серьезное замешательство среди этих рыбешек в одинаковом сером сукне, но просчитался. Ни вооруженная капитанесса в алом кителе, ни громыхающий голем не вызвали у служащих Восьмого Неба никакого интереса. Едва удостоив вошедших взглядами, они продолжали свою работу - громко переговаривались, обменивались длинными бумажными лентами, сменяли друг друга у аппаратов, отрывисто кричали в какие-то трубки, свисающие со стен на тонких металлических проводах, ожесточенно спорили, порывисто распахивали толстенные прошитые книги, нервно смеялись и перебрасывались словами, смысл которых Дядюшка Крунч не мог понять, словно те общались на каком-то дикарском диалекте:
- Консоль под два с половиной. Аннуитет превышен. Запрашиваю подтверждение!
- Ни одного варранта больше не возьму у этого спекулянта с Кастора. Будто рыб ими кормит!
- Господа, у кого-нибудь есть свежие вести от гангутской биржи? Старушка уже под всеми парами, а? Если не выкинем замороженный жир сейчас, заляпаемся им сами с ног до головы!
- Во имя Розы, отстань от меня со своими римессами, им рыбий чих цена. Возьму только кроссированными чеками, и никак иначе!
- Только что передали – Коунс сдает по восемь и три! Подлец хочет наварить четверть с каждой нашей монеты! На абордаж его!
- Ну же, Белли, ты уже высчитал дизажио по сделке с листовым металлом? Кому передал?.. Но почему мне не…
- Первый каледонийский банк отказывается давать подтверждение, нужно обеспечение, и срочно!
- Если текущие активы не изменятся до шести часов пополудни, я умываю руки. Я вас трижды предупреждал, а теперь вы душите меня моими же собственными словами!..
- Авизо свежайшее, сами взгляните, суток не прошло, еще пахнет чернилами!
У Дядюшки Крунча от этой белиберды голова пошла кругом. Если он и выхватывал отдельный понятные слова, они все равно отказывались стыковаться в осмысленные фразы. Как, черт подери, авизо может пахнуть чернилами[145]?..
Алая Шельма тоже растерялась. Она готова была схватиться с дюжиной вооруженных до зубов головорезов, но не со стаей серых, как корабельные крысы, клерков. Судя по тому, как дернулась ее рука, капитанесса всерьез подумала о том, чтоб выхватить пистолет и выпалить в воздух, привлекая к себе внимание. А ведь когда-то этот мир был ей близок, подумалось Дядюшке Крунчу, куда ближе того, другого, где вместо паркета – сухие доски палубы, вместо прохладных кабинетов – тесные каюты, а главный твой собеседник на протяжении всей жизни – один лишь ветер…
- Мне нужен мистер Роузберри, - Алая Шельма грозно взглянула на ближайшего клерка. Тот на миг остановился с бумажными обрывком в руках, - Где я могу найти его?
- Вам назначено? – осведомился тот, с ужасом взирая снизу вверх на громаду голема, - Ес-ссли вам…
- Будьте уверены, назначено.
- В таком случае будьте любезны пройти в зал для конференций. Второй этаж, левое крыло, первая же дверь налево…
Он собирался было шмыгнуть в сторону, чтоб слиться с прочим экипажем в серой униформе, но капитанесса крепко схватила его за воротник сюртука.
- Этот мистер Роузберри, он у вас тут важная рыба, а?
- Управляющий распорядитель, мэм.
