- Случайность, - это слово Алая Шельма отчего-то выплюнула с отвращением, - Еще одна шутка Розы Ветров. Мы собирались захватить канонерку, когда мои люди обнаружили в топке вашего стального убийцу.
Мистер Роузберри удивился. И по-мужски и по-женски одновременно.
- Вот как? В топке? Поразительно. Кто бы мог подумать! Что ж, это многое объясняет, включая и ваш неожиданный визит. Эти големы ни к черту не годятся, даже самые совершенные. Все равно что механические болванчики. Им было поручено сделать одно небольшое дело, и вот пожалуйста! В топке!
- Что вы имеете в виду?
- Мы высадили на «Барракуду» пять големов, - мистер Роузберри мило улыбнулся, - У них были инструкции, перебить весь экипаж и спрыгнуть в Марево. Должно быть, один из них случайно упал в топку и не смог выполнить приказ. Ох уж эти големы…
Лицо Габерона, прежде напряженно слушавшего, потемнело от ярости.
- Побоялись сами взять оружие в руки? Отправили големов?
Мистер Роузберри капризно скривил ярко-алые напомаженные губы.
- Простая работа для простого механизма. Между прочим, что сталось с уцелевшим големом? Насколько я могу судить, он не попал в руки Унии, иначе нам бы стало об этом известно.
- Мой бортинженер разобрал его на запчасти, - произнесла Алая Шельма негромко, - Формандцы так о нем и не узнали.
- Так вот кого мы должны благодарить за услугу, - мистер Роузберри грациозно сделал книксен, - Премного обязана, мисс Уайлдбриз!
Алую Шельму передернуло от отвращения.
- По крайней мере, втянуть в войну Каледонию вам не удалось!
- Даже самые лучшие планы подчас не удается реализовать надлежащим образом, - философски заметил управляющий, оглаживая кружевной воротник, сдавливающий толстую мужскую шею, - Внучка Каледонийского Гунча оказалась необычайно прытка.
- Ее вы убивать не собирались?
- Если бы собиралась – послала бы за ней големов. Нет, каледонийская принцесса требовалась нам живой.
- Чтобы шантажировать Каледонию и втянуть ее в войну?
Мистер Роузберри легкомысленно кивнул.
- Все выглядело бы так, словно юную леди похитили формандцы с целью вынудить Каледонию вступить в войну на их стороне. Мы хорошо изучили нрав Каледонийского Гунча. Узнав о подобном вероломстве, он с вероятностью в восемьдесят семь процентов вступил бы в войну – но против Формандии. Впрочем, - управляющий легкомысленно усмехнулся, - Это уже ничего не меняет. Каледония вступит в войну, рано или поздно. Ее флот полностью отмобилизован и тоже разводит пары.
- Это значит…
- Это значит – Унии конец.
На глазах у Дядюшки Крунча руки мистера Роузберри в шелковых перчатках сдавили стеклянного Кракена. Его пальцы обладали отнюдь не женской силой, все в зале услышали, как тревожно звенит ломающееся стекло. Мистер Роузберри спокойно вытряхнул на пол бесформенные стеклянные осколки некогда грозного чудовища, которые смешались с прочими.
- Посеявший ветер, пожнет бурю, мисс Уайлдбриз. И мы уже выпустили зерно из рук. Все остальное случится само собой, с помощью «Восьмого Неба» или без. Это словно адская машинка, часовой механизм которой уже взведен. Уния сожрет сама себя, как акула, почуявшая запах из собственных рассеченных потрохов. Формандия и Готланд разорвут друг друга на части, а уцелевшего сожрет Каледония.
- Хотел бы я посмотреть, как вы справитесь с Каледонией, - фыркнул Габерон, - Одного старого фрегата хватит, чтоб превратить ваш Эребус вместе с дерзкими помыслами о захвате мира в горсть раскаленного песка!
Мистер Роузберри метнул в его сторону острый взгляд, не смягченный густыми ресницами.
- Пусть это вас не заботит, мой милый. Уверяю вас, у «Восьмого Неба» найдется козырь нужной масти. Но не все карты снимают с руки в самом начале партии, если вы понимаете, что я имею в виду… И уж подавно я не собираюсь открывать их перед вами.
- «Аргест»? – напрямик спросила Алая Шельма, - Это ваша карта?
Дядюшка Крунч ожидал, что управляющего выдаст удивление. Что подведенные тушью глаза расширятся. Но мистер Роузберри лишь недоуменно приподнял выщипанную бровь.
- И вновь вы упоминаете незнакомое мне слово, милочка.
Дядюшка Крунч подумал, что Ринриетта сейчас выстрелит. Молча без слов поднимет тромблон – и жалкая пародия на человека по имени Роузберри шлепнется на пол, непоправимо заляпав кровью белоснежные кружева. Управляющий никогда не имел дела с пиратами и тем более с Алой Шельмой, оттого не замечал, как на смену лихорадочному румянцу приходит зловещая бледность, а на дне глаз скапливается что-то, цветом напоминающее даже не старую бронзу, а само Марево.
Но выстрела не было. Алая Шельма подняла руку и уперла раструб пистолета в подбородок мистера Роузберри. Должно быть, она действовала не очень мягко, так как управляющий по-женски тонко вскрикнул.
- «Аргест». Ты скажешь мне, где он – и тогда доживешь до того момента, когда окажешься на каторге Унии. Только советую тебе сперва смыть макияж.
Губы мистера Роузберри задрожали, как у испуганной женщины.
- У вас отвратительные манеры, - пробормотал он, отстраняясь, - Я счастлива, что в будущем подобных вам можно будет увидеть лишь на гравюрах.
