Дядюшка Крунч чувствовал его смущение, растворенное в воздухе.
- Вполне допускаю, что первый помощник прав. К сожалению, никто из вас не видит в магическом спектре, иначе вы ужаснулись бы еще сильнее.
- В нем… много магии?
- Много магии? – с неприятным смешком переспросил «Малефакс», - В нем больше магии, чем рассеяно во всем небесном пространстве Каледонии. Он… Это словно гигантская грозовая туча, собравшая в себе разряд чудовищной мощи. Мне сложно описать это в доступных вам терминах. Сверхбольшая сила, стянутая в сверхмалую форму. Этот корабль прямо пышет энергией, излучая ее в окружающее пространство.
Алая Шельма застонала.
- Почему ты не заметил этого раньше? Ты мог почувствовать! Ты мог…
- Виноват, капитанесса, - смиренно ответил гомункул, - Но на подлете к Эребусу я не ощущал ничего подобного. Скорее всего, оно… он спал. Гибель острова разбудила его. И теперь он медленно просыпается, наполняясь силой.
Дядюшка Крунч и сам это чувствовал, несмотря на то, что не обладал тончайшей чувствительностью гомункула к возмущениям в магическом эфире. Вокруг чудовищного багряно-черного корабля воздух казался более плотным, насыщенным невидимыми разрядами, как вокруг мистера Роузберри.
- Полный ход, «Малефакс»! – приказал он, - Я не хочу, чтобы «Вобла» была рядом, когда эта штука окончательно проснется!
- Делаю все, что могу, - покорно отозвался тот, - Набираем высоту и берем новый курс, но на это надо некоторое время.
Он был прав, чудовищный корабль мало-помалу делался меньше, укрываясь легкой дымкой облаков. Но облегчения Дядюшка Крунч от этого не испытывал. То же самое, что укрывать тонким кисейным платком лежащий рядом с тобой пистолет.
«Вобла» оживала, расправляя паруса. Кливера на носу надувались, вбирая в себя трепещущую силу ветра, на гроте и бизани медленно опускались стакселя. Корди и Шму сновали по рангоуту, помогая парусам – «Малефакс» еще был слишком слаб, чтоб в полной мере управлять всей оснасткой. Мистер Хнумр, принимая это за веселую игру, карабкался следом за ними, испуская тревожные щелчки всякий раз, когда его забывали подождать.
Алая Шельма провожала взглядом медленно удаляющийся корабль. Под слоем крови и грязи выражение на ее лице было сложно разобрать. Быть может, там и не было никакого выражения.
- Значит, вот как выглядит дедушкин подарок… Это чудовище?
Дядюшка Крунч не знал, что сказать. Люди странно реагируют на самые обычные слова, ну а с Ринриеттой и подавно приходилось взвешивать каждое из них. На его счастье, на выручку пришел «Малефакс».
- Не совсем верная формулировка, - сдержанно заметил он, - «Аргест» - это не чудовище и не корабль. «Аргест» - это сила, вектор. В какую форму эту силу отлить решает лишь его хозяин.
- И, кажется, его новые хозяева вполне доходчивы в своих желаниях.
- Пожалуй, что так, - вынужден был согласиться «Малефакс», - Однако…
- Не могу их за это корить. Разве я сама не собиралась использовать «Аргест» для того, чтоб сокрушить Унию? «Восьмое Небо» попросту опередило меня. Все те семь лет, что я сновала по небесному океану, оно ковало оружие.
Габерон попытался самостоятельно сделать несколько шагов вдоль борта, используя изготовленный Шму костыль из весла, но вынужден был остановиться, не пройдя и трех футов.
- В другой момент я бы с удовольствием насладился сценой твоего душевного самобичевания, Ринни, а то и продал бы пару билетов в партере, но вынужден отвлечь тебя соображениями другого рода. Если эта штука действительно связана с «Аргестом», я бы держался от нее подальше. Одной Розе известно, что творится у нее внутри.
- Ничего хорошего, - мрачно заверил «Малефакс», - Я не могу вообразить и десятой доли силы «Аргеста», но судя по магическому возмущению вокруг корабля, там внутри заперта невероятная мощь. И если «Восьмому Небу» захочется спустить ее с поводка, едва ли против нее устоит хоть один хваленый дредноут Унии.
- Они сделали из «Аргеста» чудовище, - обронила Алая Шельма, ни на кого не глядя, - Что ж, не нам, пиратам, становиться у них на пути. Мы уходим в свободный небесный океан, и пусть Уния сама разбирается со своими проблемами. Видит Роза, проблем у нее теперь будет более чем довольно. Если править балом будет мистер Роузберри…
- «Барбатос»… - вдруг пробормотал «Малефакс».
- Что?
- Я узнаю знакомые магические контуры этого корабля. «Барбатос».
- Я думала, это гомункул Эребуса.
- Совершенно верно. Но он не погиб вместе с островом, теперь я чувствую это отчетливо. Он стал… сильнее. Гораздо сильнее. Насколько я могу судить, он сделался гомункулом «Аргеста».
- Недурное назначение, - проскрипел Дядюшка Крунч, - Пожалуй, это можно считать повышением?
«Малефакс» был слишком потрясен, чтоб разделить шутку.
- Это дает ему огромную власть над магическим эфиром. Если представить «Аргест» ружьем, то «Барбатос» - это его ствол. То, что направляет и концентрирует энергию.
- Кажется, вы с ним не ровня, а? Не так давно он задал тебе славную трепку.
«Малефакс» прошуршал над планширом. Звук получился не озорным, как обычно, а сдержанным, сухим, похожим на старческое покашливание.
