Пришельцы из других миров для этого мира обыденность. Один из таких попаданцев однажды сумел объединить всё человечество в единую Империю человека. Империя за время своего существования пережила семь кризисов, а наша история возьмет своё начало незадолго до восьмого кризиса, который станет для Империи последним.
Семь из «Дюжины» избранных героев сидело за столом. Семь великих воинов, выбранных самим Императором. Они собрались из-за бабушки Чиё. Провидицы, что в этот день должна дать видение будущего. Видение, что неизбежно связанно с восьмым кризисом. Совет Дюжины созывался крайне редко и еще реже на нём присутствовало больше трёх героев, поскольку сложно отыскать проблему, с которой не может справится герой из Дюжины в одиночку.
Из собравшихся, самым скромным был Койл. Он не собирался ни с кем разговаривать. Только слушать. Он ощущал себя на собрании лишним и желал как можно скорее удалиться несмотря на то, что башня, в которой все собрались, принадлежала ему. Лицо Койла скрыто за маской с клювом птицы. На голову надвинут капюшон от мантии, которая надета так, что скрывает его руки и шею. Даже об его телосложении невозможно догадаться, словно под мантией был целый каркас.
Бабушка Чиё корпела над магическим шаром не первый час. Не второй. И не четвертый. Чиё считается лучшей предсказательницей во всей Империи. С помощью её наставлений, Дюжина и даже сам Император не раз предотвращали или смягчали трагедии грозившие пошатнуть Империю. Койл не доверял бабушке и её предсказаниям, хоть и имел с ней договорённости.
Джастин, самый молодой и неопытный из Дюжины. Он что-то задумал. Койл понял это по глазам юного героя, и какую бы шалость тот ни задумал, Койл не намеревался вмешиваться. Ни помогать, ни мешать. Юного паладина можно назвать красавцем. Он словно сошел с картин, словно великий герой из древних легенд. Светлые волосы, глаза-сапфиры, а одет он в белый латный доспех, начищенный до блеска… Ему не хватало только белого коня. По не известным Койлу причинам, паладин предпочитал путешествовать на своих двоих либо в кампании простого народа. Попутчиком.
Вилл мирно спал с самого начала собрания. Чародей сложил руки на столе и уткнулся в них головой, прикрытой от света синим капюшоном мантии. Койл даже немного завидовал такой способности. Совсем чуть-чуть и только на совете. В его мыслях это было неплохим способом сократить время ожидания. Правда, в этом Койл ошибался. На самом деле Вилл не спал. В это время чародей покинул тело и был сразу в нескольких местах, вел несколько бесед и споров.
Рэдж нервно стучал указательным пальцем по столу из эльфийского стекла. Отбивал секунды, пристально наблюдая за бабушкой Чиё. Недоверие воина к предсказаниям было запредельным, но всю свою неприязнь Рэдж держал в себе и не выплескивал на беспомощную старуху. Волосы воина цвета огня, а глаза его — янтарь, одеты на нём только штаны, во многих местах испачканные черными пятнами копоти и пепла. За всё собрание Рэдж ни разу не нарушил свой ритм. Им отбита каждая секунда. Койл бы так не смог. Ожидание съедало Рэджа изнутри, он человек действия.
Аксель ерзал на стуле, крутил руками и хрустел костяшками. Он то и дело тянулся к своей фляжке, но каждый не дотягивался. Передумывал в последний момент. Аксель известен своей тягой к алкоголю и пирам, поэтому Койл предполагал, что в фляге нечто алкогольное. И он был прав. Аксель одет в простую белую рубаху, из которой проглядывает пузо.
Мара сидела неподвижно, словно статуя. Что происходило у той в голове, Койлу неведомо. Нижняя часть лица Мары скрыта за непроницаемой черной шалью, видны только брови и не моргающие большие пурпурные глаза.
Ланс устало поглядывал на собравшихся. В основном тот заглядывался на Мару. Ланс одет в ничем непримечательные кожаные одежды. Лицом — юноша, как и паладин, но только лицом. Если брать возраст, то Ланс будет старше всех собравшихся, даже бабушки Чиё. Глаза его голубые, острые. Каждый раз, когда взгляд Ланса скользил по Койлу, тому хотелось нервно поёжиться, но Койл каждый раз сдерживался.
— И долго тебя ждать, старуха? — разбил тишину Джастин.
— Если понадобится, ты тут вечность просидишь, — осадил паладина Ланс, нахально улыбнувшись.
— Да ну? И ты меня заставишь? — паладин положил ладонь на рукоять меча.
Койл невольно нахмурился, но из-за маски на его лице этого никто не мог заметить.
— Джастин, тебе память отшибло? Ты ж у Ланса ни одной дуэли не выиграл! Заставит, — хохотнул Аксель, почесав пузо.
— И когда это было? Сейчас я совсем другой! А если речь пойдет о реальном бое… — Джастин встал и гневно ударил по столу. По стеклянной столешнице побежали тысячи трещин, сторонний наблюдатель мог бы подумать, что стол не выдержит и рассыпится, но он был изготовлен из эльфийского стекла, что славится своей прочностью. Эльфы из него даже доспехи изготавливают.
От удара Джастина стол не только потрескался, но и затрясся. Достаточно сильно, чтобы гадальный шар бабушки Чиё качнулся и дымка, в которой кроется будущее, на мгновение пропала.
Койл было заволновался, но провидица, казалось, вообще не замечала происходящего.
