Опять рухнув на кровать, она первое время бездумно пялилась в потолок. Потом закрыла глаза, снова открыла. Ничего не изменилось, потолок на месте, едва заметная трещинка в углу так и осталась прежней. Как бы хотелось вдруг проснуться где-нибудь в другом месте. Но обязательно рядом с ним. И всё это, что произошло за последние пять месяцев, было бы сном, долгим кошмарным, но всё таки сном…
Наползала тоска. Даже если она всё расскажет ему, что изменится? Он бросится её обнимать? Вряд ли, он молод ещё, горяч, не сможет простить такое. Или сможет, поймет. Но примет ли всю эту ситуацию?
Ещё закралась мысль — а зачем вообще ей этот парень? Много других вокруг. На одном Аркадии свет не сошелся. Можно попросить Ольгу познакомить с кем-нибудь? Или самой пойти на "охоту".
И многих она поймала за эти почти полгода? Ни одного, как помнится. Да и не охотилась же.
Этот курьер слишком запал ей в душу, что она не могла смотреть больше ни на кого. Ненавидела за ту "измену", презирала, считая простым альфонсом, что раскручивает наивных дамочек на подарки. И продолжала любить, где-то так глубоко, что и добраться до этого чувства не получалось. Но всё таки любила, и теперь, когда выяснилась истина, эта любовь поднялась обратно, и, как бы ей не хотелось затолкать это чувство обратно, на задворки сознания, где ему самое место, ведь у него уже есть другая, ничего не выходило.
Мысль, зачем ей этот парень, была выброшена в мусорную корзину. Да, вокруг полно мужчин, как минимум три с лишним миллиарда. Но из всех них ей нужен только один. Аркадий. Пусть всё начиналось как игра, просто розыгрыш для того, чтобы Ольга от неё уже наконец отстала со своими попытками познакомить её с каким-либо хорошим мужчиной. Эта игра переросла во что-то большее. И со стороны Аркадия тоже, ведь не просто так он звонил ей почти каждый день.
И его слова, что он был рад её видеть. Просто так такими словами не разбрасываются.
И хорошо было бы, если бы он действительно позвонил, а не так, как она тогда сказала ему после той встречи в ресторане, когда он впервые был представлен Паше с Олей как её парень, жених… Она сказала, что позвонит ему как-нибудь, не собираясь снова звонить…
Он стоял на балконе в теплой красной куртке и, облокотившись об перила, задумчиво время от времени отпивал горячий чай. После всех этих событий пришлось вернуться в квартиру родителей, без машины стало сложнее работать. Платили в НайдОфф неплохо, но благодаря машине удавалось ещё неплохо подрабатывать вечерами в доставке еды. Без этого дополнительного источника дохода жить в отдельной квартире уже было не по карману.
В основном только тут, на балконе, он мог побыть один, наедине со своими мыслями. Правда, сейчас в квартире никого не было, даже Ника ускакала к подруге. Но привычка пить чай именно на балконе уже давно стала привычкой, сильно укоренилась. Есть в этом что-то особенное, усмехнулся он про себя.
Аркадий не понимал, зачем ему звонила Алла. Уже столько времени прошло, целых пять месяцев.
Три месяца назад они виделись, как он считал, последний раз. Тогда он задал тот вопрос, ответ на который не хотел слышать, но всё таки пришлось. Алла отказалась дать им хоть какой-то шанс.
В лифте, когда он прижимал её к себе, испугавшуюся темноты взрослую сильную слабую женщину, стараясь защитить всех бед, он чувствовал, как она плачет. Каждая слеза била в сердце, как острая игла. И как же хотелось заставить её рассказать, почему всё так вышло. Не простым вопросом, а силой. Если бы он был на такое способен по отношению к ней, то так и поступил бы.
После её отказа, он постарался вычеркнуть себя из её жизни. Ценой немалых усилий силы воли ему это удалось. Было больно знать, что она есть и не хочет его видеть. Знать, где она работает, живет, но запрещать самому себе появляться рядом. Раз уж дал ей слово, что не больше не появится, то должен был сдержать.
За то время видел её всего ничего — один раз проехал мимо в автобусе, второй раз совершенно случайно едва не столкнулись, но он сбежал, ощущая себя каким-то трусом.
Три долгих месяца. За это время случилось немало событий. Но главных было, пожалуй, два.
Теперь ему было не всего двадцать три года, а уже целых двадцать четыре. Его поздравили родители, друзья, коллеги на работе. Да, было приятно провести с ними время, слушать поздравления, пожелания. Но как ложкой дегтя было то, что Аллы не было рядом. С ней этот обычный, в общем-то, день был бы настоящим праздником.
