В баснях человеческие слабости отданы животным. Мех и перья могут скрыть, что речь идет о нас самих. А дети то улыбаются, то возмущаются: «Как они смешны!» Если учитель приводит слишком много басен, то смех и возмущение рискуют перерасти в язвительность. Таким образом, басням нужен противовес — рассказы, которые не показывают человека в зверином обличье желательно рассказать о человеке, который сумел преодолеть свои «звериные» инстинкты, и поэтому способен сам приручать зверей, дикость которых угрожает порядку, царящему в окружающем мире. Именно с такими героями мы встречаемся в легендах. Та демифологизация жизни, к которой мы пришли в наши дни, превосходит все то, что было сделано «иконоборцами» во времена Реформации. Исходя из весьма холодного расчета и, не менее трезвого, одностороннего мышления, многие «иконоборцы» нынешнего времени считают увлечение легендами, с их якобы бессмысленными чудесами и благочестивой болтовней, самым скучным и неподходящим занятием. Быть может, они даже правы в том, что касается избыточной сентиментальности легенд и отсутствия в них «практической пользы». Но все же подлинные легенды правдивы и величественны, как победа творческого духа над слабостью, покорностью и малодушием. Оффорус был ростом в целых одиннадцать локтей и хотел служить только самому сильному господину. Он ушел от короля, который боялся черта, и отказался служить дьяволу, так как тот склонялся перед крестом. Один бедный отшельник поведал ему об истинном Господине мира. Как же стать его слугой? Оффорус нуждался в обильной пище для поддержания своей силы, которую он хотел посвятить Всевышнему, и поэтому ему не хотелось отдавать время молитвам и постам. И тогда он стал перевозчиком на бурной реке — начал переносить на своих плечах путешественников через бушующие волны с одного берега на другой, опираясь на могучую палку. Однажды ночью ему послышался зов ребенка. Заметил он его только тогда, когда тот закричал в третий раз. Взяв его, он вдруг почувствовал посередине реки, что ноша его стала такой тяжелой, какой он никогда еще не носил. Ребенок на его спине был Христос, несущий на своих плечах весь мир. Ночью, в темноте над рекой, катящей свои волны, дитя стало светиться как солнце. Оффорус окунулся в воду и был окрещен «Несущим-Христа» — Христофором. Франциск отказался от привычного расточительного образа жизни и от многообещающей военной карьеры. Он стал певцом любви, другом бедных, приверженцем мира. Он бичевал свое тело, но, несмотря на страдания, сохранил чувство юмора и любовь к природе. Голодая, чтобы воспитать в себе самообладание, он стал лучше понимать, что такое голод, испытываемый животными. Так, волку-людоеду из Губбио он пообещал, что жители освобожденного города всегда будут в достатке снабжать его пищей, и тогда чудовище смиренно вложило свою лапу в руку святого. Франциск сумел обуздать собственное легкомыслие и болтливость, но полюбил ласточек и голубей, которым отныне и стал проповедовать. Раньеро ди Раньери, рыцарь-крестоносец, проделал путь с зажженной свечой из Иерусалима через горы и пустыни во Флоренцию. С риском для жизни, подвергаясь всяческим опасностям, он оберегает огонь, и сердце его закаляется в борьбе... Среди легенд, написанных Сельмой Лагерфлеф об Иисусе Христе, эта принадлежит к числу самых захватывающих. Ее учитель может рассказывать довольно долго, по короткому отрывку каждый день.
Басни существуют с незапамятных времен, однако наиболее ярко они отражают дух свободолюбия, характерный для греков в шестом веке, когда впервые в истории появились и философия, и демократия. Легенды о великих личностях слагались во все эпохи, но особого расцвета они достигли в средние века. В баснях и легендах раскрываются две стороны человеческой природы, показывается, как формируются душевные наклонности — от острого критического ума до смиренного преодоления самого себя. Эти качества дополняют друг друга. Как мудро сказал об этом Блез Паскаль, лишь тот может совершить величайшие деяния, кто способен объединить в себе эти глубочайшие противоречия и примирить их: «Опасно давать понять людям, насколько велико их сходство с животными, если одновременно не показать им, каково их собственное величие. Равные опасности представляют собой как самовозвеличивание, так и самоуничижение».
