Воспитание Риты полностью

РИТА(улыбаясь). Вы что, совсем ненормальный?

ФРЭНК. Очень может быть.

П а у з а.

РИТА. А разве вы не должны устроить мне прослушивание?

ФРЭНК(глядя ни стакан с виски). А что, в этом есть необходимость?

РИТА. Вы хотите сказать, что я и так слишком много болтаю? Я знаю, что иногда говорю лишнее. Но только не дома. Дома я вообще почти не разговариваю. Мне не часто выпадает случай поболтать с таким человеком, как вы. Вы не будете возражать, если я с вами немножко поболтаю?

ФРЭНК. А если бы возражал — это бы вас огорчило?

Она сначала отрицательно качает головой, но потом кивает.

Но я не возражаю.

Делает глоток из своего стакана.

РИТА. А что такое ассонанс?

ФРЭНК(от удивления, едва не уронив стакан). Что?

Улыбается.

РИТА. Пожалуйста, не смейтесь надо мной.

ФРЭНК. Нет-нет. Хм, ассонанс. Это такой вид рифмы. Ну вот, к примеру… Вы знаете Йейтса?

РИТА. Это который держит винный кабачок?

ФРЭНК. Нет, поэта Йейтса.

РИТА. Поэта не знаю.

ФРЭНК. Понятно. Ну так вот, у этого самого Йейтса есть одно стихотворение, которое называется «Тот, кто мечтал о волшебной стране», где рифмуются «кольца» и «пальцы». Вот это и есть пример ассонанса.

РИТА. Понятно. То есть, это неправильная рифма.

ФРЭНК(глядя на неё и смеясь). Честно говоря, мне это никогда не приходило в голову. Но в общем-то вы правы, можно сказать, что это и в самом деле неправильная рифма — однако всё дело в том, что поэт рифмует так вполне сознательно, стремясь достичь определённой цели.

РИТА. А…

Пауза, во время которой она озирается глазами по комнате.

Столько всего на свете, о чем я и понятия не имею.

ФРЭНК. А вы хотите знать решительно всё?

РИТА. Да, хочу.

ФРЭНК кивает головой, затем начинает просматривать её документы.

ФРЭНК. Как вас зовут?

РИТА(идя к книжным полкам). Рита.

ФРЭНК(глядя в бумаги). Рита. А здесь написано миссис Эс. Уайт.

РИТА склоняется над Фрэнком, берёт карандаш и зачёркивает «С».

РИТА. «Эс» означает Сьюзен. И так меня зовут на самом деле. Но я поменяла имя на Риту. Я больше не Сьюзен, я и сама себя называю Ритой, — знаете, из-за Риты Мей Браун.

ФРЭНК. Кого-кого?

РИТА. Ну, господи, Риты Мей Браун, той, которая написала «Рубиновые джунгли». Неужели не слышали? Классная книжка! Дать почитать?

ФРЭНК. А, ну да, разумеется.

РИТА. Ну и порядок.

А как вас зовут?

ФРЭНК. Фрэнк.

РИТА. Понятно. Это что, в честь Фрэнка Харриса?

ФРЭНК. Ни Харриса, никакого другого Фрэнка. Просто Фрэнк, и всё.

РИТА. Ну, может, ваши родители назвали вас так не случайно.

Усаживается на стул около письменного стола.

ФРЭНК откладывает «Рубиновые джунгли» в сторону.

Ну, к примеру, Фрэнк Несс, как будто вы брат Элиота.

ФРЭНК. Кого-кого?

РИТА. Ну, Фрэнк Несс, брат Элиота.

ФРЭНК(озадаченно). А…

РИТА. Вы что-то никак не врубаетесь. Ну, Элиот Несс, этот знаменитый коп из Чикаго, тот, что поймал Аль Каноне.

ФРЭНК. А, теперь понял. Сначала, когда вы сказали Элиот, я подумал, что вы имеете в виду поэта.

РИТА. А вы что, читали его стишки?

ФРЭНК. Признаться, читал.

РИТА. Что, всё?

ФРЭНК. До последней строчки.

РИТА(потрясённая). Что, честно? Я начала было читать одно, но так и не продралась до конца, знаете, у него есть такой стих «Артур Пруфрок». Так и не дочитала.

ФРЭНК. Альфред.

РИТА. Чего?

ФРЭНК. Это стихотворение называется «Любовная песнь Альфреда Пруфрока», Рита. Артур — это кто-то другой.

РИТА. Я и не знала. Мне очень многому надо научиться, верно?

ФРЭНК(глядя в её документы). Так вы дамский парикмахер?

РИТА. Ну да.

ФРЭНК. И у вас это хорошо получается?

РИТА(встав со стула и расхаживая по комнате). Неплохо, когда мне этого хочется. Но обычно я не слишком стараюсь. Они все мне действуют на нервы.

ФРЭНК. Кто они?