Засвистело, затрещало, защёлкало. То развешанные по частоколу другие черепа приветствовали нового собрата.
– Ша! – негромко вскрикнула Ярха и сжала ладонь левой руки в кулак.
Тут же наступила тишина. Лесная хозяйка прикрыла глаза и сосредоточилась. Перед её внутренним взором начали загораться огни. Синий, зелёный, жёлтый…то были висящие на частоколе черепа лосей, волков, медведей, людей и всяческих других созданий. Все они были соединены друг с другом зелёными нитями, образуя единую обережную цепь. Все, кроме одного.
Мощное алое пламя высотой в человеческий рост било прямо из воздуха, в паре шагов от Ярхи. Урзук, вернее то, что от него осталось, решил в последний раз показать свой характер.
– Ишь, какой! – лесная хозяйка недобро усмехнулась.
Из-за её спины в огонь метнулись десятки зелёных нитей. Треть из них вспыхнули и рассыпались чёрным пеплом, остальные же оплели пламя как паук муху. Огонь уменьшился наполовину. И тут Ярха бросила в него ещё с полсотни нитей.
Теперь пламени вообще стало быть не видно. В воздухе парил зелёный шар размером с медвежью голову. Повинуясь мысленному приказу Ярхи, он медленно подлетел к обережной цепи. Раздался громкий треск, и на мгновенье она разомкнулась. Шар опустился на предназначенное для него место, и покрывающие его нити опали. Череп засиял ровным бордовым светом. Обережная цепь была замкнута.
Ярха открыла глаза и утёрла пот со лба. Бросила взгляд на частокол и усмехнулась.
– То-то же! – пробормотала она и шаркающей походкой направилась к избе. Вся эта возня отняла у неё немало сил и теперь нужно было как следует отдохнуть.
Ярха проспала почти до вечера, а как стемнело, к ней в гости заглянула Сирина. Испив брусничной настойки и закусив холодной зайчатиной, подруги повели неспешный разговор.
– Видела я череп свежий на частоколе. Сумела-таки усмирить Урзука?
– А то ж! – Ярха горделиво усмехнулась. – Брыкался поначалу, но потом успокоился.
– Я думала, ты его на новый посох хотела пустить?
Лесная хозяйка нахмурилась и медленно проговорила:
– Дюже сильный получился бы. Не совладею с таким. Тут ведро отвара надобно бы выпить. Да и то…
Ярха махнула рукой и продолжила:
А на частокол посадить, так самое оно будет. Теперь шагов на двести окрест заклятья сторожевые любого учуют!
Так уж и любого? – Сирина недоверчиво подняла бровь.
Любого! – упрямо сказала Ярха. – Никто больше скрытно не подберётся!
Ну, тебе виднее, конечно. А с кинжалом что?
Ярха поднялась с лавки и подошла к сундуку. Откинула крышку, наклонилась и извлекла из глубины клинок. Матово-чёрная рукоять, белое лезвие в полторы ладони длиной, покрытое мелкими, едва видимыми глазу рунами, отливающими синим – всё это производило сильное впечатление. Сирине даже показалось, что по избе холодок пронесся.
– Заклятий на нём клубок целый! – старуха положила кинжал на стол. – Не всё мне ещё понятно, но им даже камни можно резать!
Сирина хмыкнула и осторожно дотронулась рукояти. Холодная!
– Не боись. Нет на нём никакого проклятия. Любой может взять в руки и ничего ему за это не будет.
Воительница поудобнее ухватилась за рукоятку. Примерилась и пошевелила кистью. Кинжал сидел в руке хорошо. Разве что холодноват был немного. Ну так он и предназначен был для тварей с холодной кровью!
– Обидно, что ножен нет, – с сожалением проговорила она.
– Тебе к упырице той надо, – хихикнула Ярха. – За ножнами. Убёгла так быстро, что аж кинжал уронила!
– Да уж. Что будешь с ним делать?
– Надо со всеми заклятиями, что на нём лежат разобраться. Вдруг что новое узнаю? А потом…нужен тебе?
– Да нет, – Сирина положила оружие вампирши на стол. – Кинжалы это не моё. Разве что Дарену потом сгодится.
– Рассказала ему? – прищурилась Ярха.
– Про Морану? – воительница тяжело вздохнула. – Нет. Не всё.
Несколько мгновений они молчали. Лишь слышно было как за окном воет метель.
– Он знает, что мы договорились. Но я не рассказывала о чём конкретно. Пока что.
– Чего тянешь-то? – Ярха потянулась за кувшином и разлила по глиняным кружкам остатки брусничной настойки.
– Не знаю, как сказать даже, – Сирина махом осушила полкружки. – Это же бросить его придётся. Да бред какой-то! А взять с собой не могу. Опасное дело мне поручила Морана. Гибельное.
Ярха задумчиво постучала по столу и тоже пригубили из своей чашки.
– Кому оставишь-то воспитанника своего?
– Ну, раз ты брать его не хочешь, то Илье в Заруб-град пошлю. Крестьяне, из тех, кто недавно к нам в Лес бежали, говорят, старый князь помер уже пару лет как. Так что…некого мне теперь в том городе бояться, – Сирина криво усмехнулась и повела головой, отгоняя непрошеные воспоминания.
Когда воительница только прибыла в Атлию, то остановилась в Заруб-граде. Там и сошлась с Ильёй-богатырём, а потом её князь увидел. И признал весьма похожей на свою недавно умершую жену. А дальше он…
–…если хочешь, – сказала Ярха.
– А? Что?
– Совсем меня не слушаешь?
– Прости, – Сирина потупилась. – Задумалась.
– Я с дивьями могу переговорить. Если хочешь.
– Сама-то веришь, что они примут его обратно? – мягко спросила Сирина.
Ярха вздохнула и ничего не ответила.
