По окончании лекций в Беркелей мы отправились в южную Калифорнию, в Паседину, где расположен Калифорнийский Технологический Институт. Эту поездку организовал профессор Карман. Он встретил нас на вокзале, привез в профессорский клуб, где имелись комнаты для приезжающих профессоров. После завтрака мы объехали Лос Анжелес и Холливуд. В последнем посетили кинематографы. Вечером я делал доклад о работах, производившихся Компанией Вестингауз по измерению напряжений в рельсах. На следующий день я осматривал работы по сооружению величайшего в мире телескопа и обсерваторию. А вечером того же дня уже нужно было ехать домой в Анн Арбор. В Анн Арборе мы застали снег и холод, ничего похожего на Калифорнию. Нужно было приниматься за чтение лекций и занятия с докторантами.
Летняя Школа Механики в 1935 году была особенно многолюдной. В качестве стороннего профессора нам удалось привлечь профессора Соусвелля из Англии и молодым преподавателям американских университетов очень хотелось послушать лекции этого выдающегося профессора. Он должен был прочесть курс теории упругости. Я читал в это лето теорию вибраций. Кроме того, как и в прошлом году, был организован семинар, в котором кроме нас двоих принимали участие и сторонние специалисты строительной механики. В общем летняя школа в этом году прошла с большим успехом и некоторые из слушателей предполагали остаться в университете и заняться приготовлением докторских диссертаций.
Но тут произошла перемена, которая положила конец делу подготовки докторов по механике при Мичиганском университете. Я получил почти одновременно, предложения от Станфордского и Калифорнийского университетов перейти к ним на службу и организовать такие же занятия с докторантами, какие я завел в Анн Арборе. Предложения эти меня заинтересовали. И мне, и жене Калифорния с теплым климатом и южной растительностью очень понравились.
Было и другое обстоятельство, которое говорило в пользу переселения в Калифорнию. Приближался тридцать пятый год моей педагогической деятельности. В России, по старым правилам, я через год должен был бы выйти в отставку и получать пенсию. В Америке пенсий не платят и выходить в полную отставку я не собирался, но чувствовал, что пора начать сокращение моей практической и преподавательской деятельности. Переселяясь в Калифорнию, удаленную от промышленных центров Америки, я сразу освободился бы от разного рода консультационных работ. Количество докторантов тоже должно было значительно сократиться и я таким образом смог бы постепенно перейти на жизнь пенсионера. Одним словом, все говорило в пользу переселения в Калифорнию. Но в какой университет? Тут мне много помог профессор Якобсен. Он прислал мне подробное и по моему беспристрастное сравнение двух университетов, из которого следовало преимущество Станфордского университета. Я последовал его совету, выбрал Станфорд и мне никогда не пришлось раскаиваться в этом выборе.
Мичиганский университет меня особенно не удерживал и было решено, что по окончании 1935-1936 учебного года я переселяюсь в Калифорнию. Последние месяцы этого года я занялся заканчиванием работ с моими докторантами и по окончании занятий покинул Анн Арбор. Покидали мы этот город без особого сожаления — за девять лет мы там близких друзей не приобрели.
По дороге в Калифорнию мы остановились на несколько дней в Питсбурге, где в это время происходили заседания летнего съезда механиков. Десять лет тому назад мы начали хлопоты но организации этого общества, а теперь это было одно из самых многочисленных отделений общества инженеров механиков, устраивавшее свои собственные многолюдные съезды. Тут я встретил многих моих учеников и по инженерной школе Компании Вестингауз, которой я когда‑то заведывал, и по Мичиганскому университету. Прощались с пожеланиями мне удачи в Калифорнии.
Приехали мы в Пало Альто в середине 1936‑го года. Занятия и экзамены уже закончились. Студенты и часть профессоров уже разъехались. На кампусе Станфордского университета полная тишина, но администрация университета еще на местах. Я встретился с деканом инженерной школы и с главою механического отделения, к которому относилась моя кафедра. Мне показали мой профессорский кабинет и можно было начать работать. До начала осеннего семестра оставалось еще три месяца и я хотел за это время закончить начатые в Анн Арборе работы. Нужно было кончить начатый с моим учеником Юнгом элементарный курс механики и подготовить материал для второго издания моей книги по колебаниям. Этими работами я и занялся. Но кроме того надо было заняться подыскиванием дома для жилья. Это оказалось трудной задачей — в Пало Альто все было занято. После трехнедельных поисков мы, наконец, кое‑как устроились. Пришли из Анн Арбора наши вещи, пришла моя библиотека, и я мог работать дома.
