Разумеется, во время смотра войска стояли на месте и не проходили строем перед шахом, не говоря уже о выполнении ими каких-либо маневров. Об этом не имеют представления ни солдаты, ни офицеры. Последние в большинстве своем полные невежды в вопросах строевой подготовки и маневра, но зато высокого мнения о себе. Персидский солдат обладает многими достойными качествами, о которых я уже выше говорил, и был бы хорошим солдатом, имей он соответствующих командиров. В опубликованных мною записях о Персии приводится много подробностей о персидской армии. Кроме того, в 1865 г. у Ф. А. Брокгауза в Лейпциге вышла работа о Персии под названием "Персия. Страна и ее жители" доктора Поляка, некогда лейб-медика теперешнего шаха Насер эд-дина. Ее автор также подробно описывает армию, причем его характеристика полностью соответствует моему мнению. И все же персидские солдаты - это представители того же народа, из которого 150 лет назад рекрутировались войска Надир-шаха, завоевавшие Индию и державшие в страхе всю Азию. Для создания образцовой армии Персии были необходимы другое правительство и совсем другая администрация. Однако сейчас об этом и речи быть не может. Персидская армия и по сей день плохо одета, плохо вооружена и плохо питается, так как командиры кладут себе в карман большую часть жалованья, и бедные сарбазы вынуждены на марше кормиться грабежом, а в гарнизоне различным ремеслом и мелкой торговлей, что дозволялось; даже в лагере и в окопах под Гератом я часто видел целые туши баранов, висящие на штыках в ружейных пирамидах, без шкур; мясо сарбазы продавали.
Во время вышеупомянутого парада воду солдатам разносили в бурдюках сотни водоносов (сака), так как стояла сильная жара и было очень пыльно. Каждый такой сака вел за собой на поводу мула с перекинутыми через него двумя огромными кожаными бурдюками. Парад продолжался 4 часа.
Перед каждый полком читали прокламацию шаха, которую я здесь привожу как пример персидского красноречия. "Нашим сертипам, серхенгам и другим командирам нашей победоносной армии, всем отважным полкам сарбазов, нашей мужественной кавалерии и всем присутствующим в лагере!
Когда в свое время по приказу почившего Фатх-Али-шаха мы отправились под командованием покойного Наиб-Султана (Аббас-Мирзы. - И. Б.) в Хорасан, нашей целью было, имея в виду благополучие этой провинции, положить конец продаже пленного населения и вообще установить в Хорасане спокойствие. Для достижения этой цели я во время последнего похода (1833 г. - И. Б.) получил приказ наказать жителей Герата, но так как между тем Аббас-Мирза отправился в мир иной, мы ушли из-под стен Герата. Уже тогда властитель этого города Камран-Мирза дал клятву, что в будущем гератцы не станут больше совершать набеги на наши границы и прекратят грабить и опустошать деревни и окрестности Хорасана.
Но не прошло и двух месяцев, как эта клятва была нарушена и гератцы снова стали грабить наши деревни и уводить жителей, наших подданных, как пленных [чтобы продавать их как рабов в Бухару и Хиву]. Я чувствовал себя виноватым перед богом, так как по его милости все было подготовлено к войне [против Герата], и я тем не менее колебался освободить наших людей. Если бы тогда я выполнил свое намерение, то ни Аллах, ни пророк, ни люди не имели бы права упрекнуть меня. Я стыдился самого себя, так как моему желанию ничто не мешало. Даже если бы все народы, живущие между Оксусом и Индом, захотели покорить меня, я сомневаюсь, что они рискнули бы задержать наше продвижение через эти страны, тем более что сардары из Кабула и Кандагара, властители Систана и Белуджистана, а также Шамс эд-дин-хан направили ко мне послов, чтобы уверить меня в своей верности. Итак, с их стороны мы не ожидали сопротивления.
Наконец мы подошли к Герату; армия осадила город и достойно сражалась с врагом. Проявив отвагу, завладела Бадкиром, Мюманом и покорила их всех, так что от Инда до Оксуса не было не покоренного нами народа. Правитель Балха, начальники аймаков (хезарейцы), а именно из Фирузкуха, джемшиды и другие явились к нам сами и попросили милости. Я остался доволен войсками. С редким терпением они переносили холод зимы и зной лета, работали в окопах, сражались с врагом на краю крепостного рва и с большим трудом доставляли продукты питания из внутренних районов государства. Со всем этим войска справились отлично, всегда проявляли примерное рвение и блестящее мужество. Всадники, как львы, преследовали врага, а артиллеристы метали снаряды с быстротой молнии. Войска несколько раз предпринимали штурм города, мужественно жертвуя собой, наносили врагу чувствительные потери и забросали осажденный город 40 тыс. снарядов всех видов. Вследствие этого Герат был опустошен настолько, что более 30 тыс. жителей покинуло этот город и тысяча человек поступила к нам на службу, в то время как начальники в Герате тайно посылали уверения в своей верности и предложения сдаться.
