Когда они ехали по подъездной дорожке, солнце как раз опускалось за выступ горы; Лайла увидела, что Дэн стоит у кухонного окна и ждет их. Через несколько секунд он появился в дверях, хмурясь.
– Я уже начал беспокоиться, – крикнул он. – Хорошо провели время?
– Изумительно, – хрипло ответила Лайла. Она кашлянула. – Это было чудесно. Ты должен тоже поехать в следующий раз.
В следующий раз. Они все время строили планы, она и Зак. Зак не поставил на ней крест. И почему бы не строить планов, подумала Лайла. Она знала, что Дэна это приводит в замешательство, но почему бы не строить планов? Не то чтобы они назначали точную дату, предельный срок. Будет время для еще одной поездки на пляж, будет время и для нескольких.
Дэн открыл дверь машины с ее стороны, помог ей выйти.
– Ты загорела, – сказал он, целуя ее в щеку.
– Надеюсь, что так, – улыбнулась она ему своей самой ободряющей улыбкой. Было видно, что он вглядывается в ее глаза, в ее лицо. Как она себя чувствует? Правда ли хорошо? Он делал это всякий раз, когда они расставались больше чем на день. Зак тоже так делал.
Это выглядело нормальным у Зака, но было забавно, когда такое внимание исходило от Дэна, потому что на протяжении лет, долгое время они не были близки, и она забыла, каким милым он может быть, каким заботливым. В своем гневе по поводу того глупого чертова фильма Лайла полностью забыла, как добр был к ней Дэн, когда ее бросил Эндрю, когда ее предала Натали, когда Джен уехала и она осталась совсем одна.
Именно Дэн убедил ее приехать во Францию. Он написал ей электронное письмо, приглашая приехать, а затем, когда она отказалась, позвонил и умолял ее, что само по себе было приятно. А когда она все равно отказалась, он принялся объяснять, что это ради него, рассказывал ей, как он сходит здесь с ума совсем один, как он одинок. Разве она не помнит, спрашивал он, как он больше всего ненавидел быть один? В тот момент она ему поверила, хотя как только они с Заком приехали, стало ясно, что он совершенно счастлив здесь и совсем не чувствует одиночества. Все равно ей понравилось, что он старался.
И она чувствовала к нему жалость. Бедный старина Дэн, никогда-то он не получал того, чего хотел, а когда получал, ему это было больше не нужно. Он был одним из тех людей, которые не созданы быть счастливыми.
Они пришли к такому выводу с ним вместе, однажды ночью, вскоре после того, как они с Заком приехали. Зак пошел спать, а Лайла с Дэном остались пить вино и рассуждать о том, как они безнадежны, и обо всем том, что они сделали неправильно, и о том, как некоторые люди просто не способны к счастью, оно просто обходит их стороной, в отличие от других. Потом они решили, что все это чушь собачья и они занимаются саможалением, а это глупо, и если они несчастны, то это полностью их собственная вина. Они говорили о том, что, если бы у них был такой шанс, они все переделали бы по-другому или по крайней мере большую часть. Затем Дэн поставил песню Эдит Пиаф «Je Ne Regrette Rien», и они танцевали в гостиной и хохотали до слез.
