Размеры отдельного фэньди колебались от 1 до 80 тыс. дворов. К концу правления Жэнь-цзуна 154 фэньди охватывали 2 607 321 двор, из которых 960 579 были в Северном (9/10) Китае и 1 677 356 — в Южном.[11] Однако в действительности зависимых дворов было гораздо больше, поскольку у нескольких владельцев фэньди число дворов вообще не указано, а главное, в список не вошло довольно много фэньди, пожалованных императорами в разное время, о которых сообщается в разделах «бэньцзи» и «лечжуань» «Юань ши». В частности, отсутствуют данные о количестве дворов, принадлежавших Янь Темуру, Баяну и Токто. Мэн Сы-мин также указывает фэньди, розданные еще в правление Хубилая и не включенные в число 154 [100, 102, прим. 622]. Таким образом, значительная часть китайского населения, розданного в кормление, попала в непосредственную зависимость к монгольским феодалам. Если численность населения фэньди (2638 тыс. дворов) сопоставить с численностью налогоплательщиков всей империи (13 196 тыс. дворов) в 1290 г., то соотношение будет 1:5 [100, 102, прим. 622].[12] Еще более разительно это соотношение для Северного Китая. В 1236 г. здесь было 874 тыс. дворов налогоплательщиков [181, гл. 58, 1а][13] и 765 тыс. дворов населения фэньди, а в 1290 г. — соответственно 1356 тыс.[14] и 960 тыс. Отсюда следует, что число налогоплательщиков было вначале ненамного больше населения фэньди и позже превышало его только в 1,5 раза. В Южном Китае это соотношение было гораздо меньшим — приблизительно 1:7.
В Северном Китае пять крестьянских дворов вносили в пользу владельца фэньди 1 цзинь шелка (596,8 г). По названию подати ухусы (шелк с пяти дворов) зависимое население здесь получило название ухусы-ху (букв. — «дворы, [вносящие] шелк с 5 дворов») [181, гл. 95, 1а].[15] В 95-й главе «Юань ши» перечислены не только выделенные дворы, но и общая сумма причитающихся с них податей. Вычисления показывают, что в 1319 г. 1 цзинь шелка взимался не с 5, а с 2-2,5 двора.
Согласно введению в раздел «Суйсы» («Ежегодные дары») («Юань ши», гл. 95), в Южном Китае, где фэньди впервые появились в 1281 г., с каждого двора взимались 5 цяней чжун-тун-чао,[16] а в правление Чэн-цзуна (1294—1307) подать увеличилась до 2 гуаней (181, гл. 95, 1а].[17]
Вопрос о том, кто собирал подати в фэньди для их владельцев — правительственные чиновники или чиновники, назначаемые самим владельцем, — пока еще не решен. Во введении в «Суйсы» сказано, что подати собирали правительственные чиновники, которые отдавали причитающуюся сумму владельцу фэньди [181, гл. 95, 1а]. Об этом говорится и в сообщениях, относящихся к правлению Угэдэя, который в том же, 1236 г., когда были учреждены фэньди, по настоянию своего советника Елюй Чу-цая приказал назначить во все фэньди правительственных чиновников для сбора податей, а (10/11) причитающуюся сумму отдавать владельцу [181, гл. 2, 36; гл. 146, 4а]. Однако, по мнению Г. Шурманна, слабость центральной власти в те годы вряд ли позволила провести этот указ в жизнь и лишь при Хубилае, возможно, удалось установить финансовый контроль во владениях знати [56, 91, 93]. Китайский историк Мэн Сы-мин считает, что подобный контроль вообще не мог существовать, поскольку «все чиновники в фэньди назначались самим владельцем» [100, 117].
Скорее всего, высказывание Мэн Сы-мина ближе к истине. Из источников известно, что в 1314 г. император Жэнь-цзун (1312—1320) «запретил всем князьям и [их] родственникам непосредственно собирать подать в фэньди и вредить крестьянам» [181, гл. 25, 2а]. Стало быть, до этого времени владельцы фэньди собирали подати сами. В 1315 г. указом императора владельцы фэньди были лишены права назначать даругачи [181, гл. 25, 4б]. Очевидно, что до тех пор даже главные чиновники в фэньди назначались их владельцами. Однако уже в 1317 г. Жэнь-цзуну пришлось восстановить прежнюю практику назначения чиновников в фэньди [181, гл. 26, 2а], видимо вследствие сильного недовольства знати. Так, в предисловии к «Цзинь-ши-да-дянь», составленном в 1329— 1330 гг., говорится: «Органы управления, существующие в фэньди родственников [царствующего дома] и князей, и те, кто назначается на службу в них… не подлежат регулированию местных властей» [110, гл. 40, 533]. Таким образом, владельцы фэньди собирали подати с зависимого населения через своих ставленников, причем в таких размерах, что это вызывало беспокойство правительства.
Кроме фэньди монгольская знать, военачальники и чиновники имели большие земельные владения, подаренные им императорами в полную собственность. Это так называемые сытянь (дарственные земли) [см. 56, 30; 100, 103]. Как правило, дарения было крупных размеров. Так, Вэнь-цзун пожаловал Янь Темуру 500 цинов земли [181, гл. 138, 5а], Шунь-ди подарил Баяну 5 тыс. цинов земли в Бяньляне и Даймине, а также рисовые поля в Цзичжоу [181, гл. 38, 7а].[18]
