Восстание наследницы полностью

– Твои знания гораздо обширнее прочитанных книг. – Фейт тихо рассмеялась, с благоговением глядя на Марлоу. – У тебя есть дар, и я не могу поверить, что говорю такое, но Ориелис сказала мне… – Фейт сделала глубокий вдох, и подруга крепче сжала ее руку и шире распахнула глаза. – Она сказала мне… что ты оракул, Марлоу. И как бы безумно это ни звучало, я вовсе не удивлена – если речь идет о тебе.

Девушка молчала от потрясения и, приоткрыв рот, отвела взгляд, обдумывая откровение. Она не выглядела испуганной или взволнованной. Скорее… довольной. Фейт почти видела, как работает ее мозг, когда Марлоу собирала воедино отдельные факты, чтобы объяснить свои видения. И могла только представить, как сильно, должно быть, расстраивается подруга, видя и зная так много, но не имея возможности разобраться во всем.

Наконец девушка глубоко вздохнула и выпрямилась. Ее лицо, на котором теперь читалось облегчение, просветлело от осознания своего дара; цели, которую она теперь видела перед собой.

– Думаю, в душе я всегда знала, что отличаюсь от остальных, просто не хотела в это верить. Я читала много, очень много – мифов, легенд, историй, – но никогда бы не подумала, что они могут иметь отношение ко мне. Я просто… Просто…

– Необыкновенная, – закончила за нее Фейт, сияя от восхищения.

Марлоу робко улыбнулась, но тут же грустно нахмурилась.

– Я не была до конца честна с тобой, Фейт. Я знала о Рискиллиасе – что он такое на самом деле – с того момента, как перевела его имя, Зеркало. И я точно знала, где он. Я вставила его в твой меч, хотя в то время еще не знала о его предназначении. Я не знала о тебе. – Марлоу перебирала складки туники, все еще не в силах посмотреть ей в глаза, пока говорила.

Фейт молчала, впитывая каждое слово.

– А потом, на следующий день после твоего визита, видения участились. Но оставались загадками. – Марлоу кивнула на Лумариес, лежащий на ступеньке ниже. – Я наложила знаки трех Духов на меч еще до того, как узнала, что им будешь владеть ты. И когда мы встретились… не могу объяснить это, Фейт, но я знала, что тебе крайне важно узнать о Духах. Необходимо поверить.

– Почему ты мне не рассказала? – Она не смогла скрыть боль в голосе, когда тот слегка дрогнул.

В синих, как океан, глазах Марлоу мелькнуло страдание.

– Я должна была только направлять тебя. И, как уже говорила, всему свое время. На карту поставлено гораздо больше судеб помимо наших. Я могу лишь разгадывать видения и предлагать верное направление. Прости, что лгала тебе. Что скрыла от тебя все, что знала. Но надеюсь, ты сможешь простить… и снова довериться мне. – Марлоу напряглась от ее прикосновения, готовясь к возможному отказу.

Фейт сжала руку подруги в знак ободрения и утешения, но не смогла вымолвить ни слова и подтвердить, что ничто не сможет заставить ее отвернуться от нее. Что-то прожигало дыру в ее груди, и для начала нужно было разобраться с этим.

– Ты знаешь… знаешь о… о моих?

– Способностях? – закончила Марлоу, и Фейт в шоке уставилась на нее широко раскрытыми глазами. Прежде чем она смогла что-нибудь сказать, девушка продолжила: – Я узнала не сразу. Вообще-то, совсем недавно. Однажды я почувствовала необходимость прочитать древний текст о пророчествах и мифических способностях. Он был увлекательным, но я не придала ему особого значения. А спустя несколько дней ты появилась в кузнице… и спросила о том, что я никак не могла выбросить из головы: о высших способностях Ночных странников. Вот тогда-то я все поняла. Однажды я читала историю о наследниках Марвеллес – детях с глазами цвета золота. Людях с уникальным даром – контроль разума, в сознательном и бессознательном состоянии. – В глазах Марлоу блеснуло подозрение, и Фейт нервно заерзала. – Клянусь духами, Фейт. Сначала я даже не могла в это поверить. И мне до сих пор трудно осмыслить это. Ты настоящее чудо.

Она густо покраснела и отвела глаза.

– Не я одна. Я знала, что ты любишь книги и все необычное, Марлоу, но ты превзошла все ожидания и оказалась оракулом? Это немного слишком, не считаешь?

Марлоу рассмеялась – искренним, кротким смехом, который рассеял висевшее в воздухе напряжение, грозившее задушить Фейт, если они останутся такими же мрачными. Она обрадовалась при виде широкой улыбки на лице девушки, и поняла, что слова не нужны; их души слились воедино. Теперь Фейт видела это яснее, чем когда-либо. Они обе бросили вызов мирозданию. И ей стало легче от того, что Марлоу уже знает о ее способностях. Теперь она не чувствовала себя такой уж причудой природы. Она найдет способ рассказать Джейкону – рассказать о них обеих. После всего, через что он прошел, чем пожертвовал ради них, он заслуживал знать.

Всего один вопрос не давал ей покоя, причиняя почти физическую боль. Она не знала, сможет ли выдержать правду и хочет ли вообще ее знать. Но лишь Марлоу с ее даром – помимо Ориелис – могла знать ответ.

Когда воцарилась тишина, она не выдержала и выпалила:

– Ты знаешь, кто мой отец?