Медина теперь в тылу врага. И Драммер не сумеет ее вернуть. Но это не значит, что она бессильна.
– Итак, – заговорила она, – что у нас есть?
– Флот коалиции, – ответила Авасарала. – Флот Союза. И агенты на Медине, с кем удастся наладить связь.
– До Медины нам не дотянуться, – возразила Драммер. – Дуарте контролирует все каналы связи.
Авасарала, вздохнув, потупила взгляд.
– Ваши – да, – сказала она.
Драммер поняла, хоть и не сразу.
Авасарала пожала плечами.
– Все за всеми шпионят, Камина. Ты же не станешь сердиться на воду за то, что она мокрая?
– Вы можете связаться с Мединой?
– Этого я не говорю, – возразила Авасарала. – Но у меня полно знакомых.
– Во внутреннем устройстве станции значительные перемены, – рассказывала Танака. – Ничего удивительного. Все рассчитывалось для корабля поколений, веками летящего на полном g. А теперь это дорожная станция с третью расчетной гравитации. Многое пришлось перепланировать, да и любой астерский корабль всегда готов меняться согласно требованиям момента. Ио все утраченное можно вернуть, дайте только время.
– Понятно, – обронил Син, обдумывая, как бы вернуть утраченные данные.
– Добавлю: мы при зачистке изъяли тысячу двести шестьдесят четыре единицы стрелкового оружия, в большинстве пистолеты, – продолжала Танака, прокручивая на мониторе список. – Участки, где присутствуют компоненты, при годные для изготовления бомб, строго охраняются, но для полной гарантии понадобятся некоторые перемещения и перемены в системе безопасности.
– Что-то еще? – спросил Син.
– У них остались кухонные ножи и электроинструмент. И все, что мы просмотрели.
Танака избавилась от силового скафандра и не без дерзости раскинула длинное худое тело в кресле в кабинете Сина. Полковник была почти двадцатью годами старше, и это прослеживалось в наклоне ее плеч и в улыбке. Она только разыгрывала почтительность.
Кабинет – его кабинет – был достаточно мал, это удобно. Стол, кресла, маленькая декоративная стойка личного бара. Рабочее место крупного администратора. Судя по надписям на дверях – их еще не отскребли, – Син захватил помещение расчетного отдела. Рубка, командные палубы, машинный, причалы располагались в той части станции, где постоянно отсутствовала сила тяжести, а Син в невесомости чувствовал себя неуютно. И, что еще важнее, он успел повидать, как скромно выглядит рабочее место настоящего командира: Дуарте, Трехо.
Син вернулся к вопросу, волновавшему его больше других:
– Двенадцать сотен оружия? При том что на всю станцию не больше сотни сотрудников безопасности?
– У астеров давняя традиция: не полагаться на защиту властей, – пожала плечами Танака. – Почти все оружие находилось в руках гражданских.
– Но здесь астеры – сами власть!
– Все равно они астеры, – ответила она так, словно ее долаконский опыт объяснял все происходящее. – Они противятся централизованной власти. Такое у них обыкновение.
Бросив последний взгляд на монитор, Танака пришлепнула его к предплечью, где экран свернулся в толстый браслет.
– У меня сегодня назначена встреча с их «централизованной властью» – вот и посмотрим, – заметил Син, удивляясь презрению в собственном голосе.
Танака коротко улыбнулась.
– Сколько вам было лет во время кампании на Ио?
Здесь угадывался подвох. Кампанию на Ио он помнил, как бо́льшая часть детей его поколения. В новостях – атака на Марс. Стискивающий внутренности страх, что одна из ракет с гибридами чужаков доберется до поверхности планеты. Ночные кошмары, продолжавшиеся и после окончания кризиса. Син был тогда ребенком, и воспоминания имели привкус мифа, пересказанного столько раз, что он уже мало походил на правду. Те страшные дни убедили его родителей: надо что-то делать, как-то защитить человечество от самого себя и новых открытий. Заронили семя, проросшее позже под небом Лаконии.
Но сейчас напоминание о возрасте походило на силовой прием. Ткнуть пальцем в его скудный опыт? Син постарался скрыть, как глубоко проник укол.
– Маловат, чтобы называть те события «кампанией», хотя, конечно, историю я учил.
– Я тогда только получила первый чин, – сообщила Танака. – Мы вели активные бои с астерами. Вы, может, думаете, что они недалеко ушли от дикарей с копьями…
– Не думаю.
– …и в этом что-то есть, – договорила она. – С такими тупыми упрямцами вы вряд ли где встречались. Но и крепкими они были, как ноготь, и на многое способны.
– По-моему, вы меня неправильно поняли, – сказал Син, тщетно пытаясь согнать краску со щек.
– Не сомневаюсь. – Танака встала. – Я говорила с группой технической оценки. Доложу, когда с ними закончу. А пока не выходите из кабинета, не включив своего монитора. Распоряжение службы безопасности.
– Конечно. – Син ощутил, как стыд сменяется злостью. Сотрудники безопасности, пока они занимали станцию, перешли под оперативное командование Танаки. В этой части, одной из немногих, Син должен был подчиняться ее власти. И вот, устроив ему выволочку и поставив под вопрос его владение ситуацией, она еще и отдает прямые приказы. Болезненное унижение.
– Благодарю, – бросила она и направилась к выходу.
