Популизм коммунистов заключался в том, что они говорили о великой стране в то время, когда золота у этой великой страны не было ни гроша, да и хлеба было на несколько дней.
Совсем уже наглым был популизм Владимира Жириновского из ЛДПР: каждому мужику — по бутылке водки, каждой бабе — по мужику. Врал Жириновский беспардонно, однако на выборах 1993 года партия Жириновского набрала почти двадцать процентов голосов и заняла третье место.
Получился ненастоящий парламент. Потому что когда граждане не понимают, что это они оплачивают деятельность государства как услугу, то побеждает не тот, кто наилучшим образом представляет интересы граждан, а побеждает тот, кто лучше других врет. Выборы становятся иррациональными, хотя вполне предсказуемыми, несмотря на свою иррациональность.
На взгляд профессора Аузана, российская власть формировалась нерационально и, стало быть, формировалась согласно законам иррационального потребительского поведения, описанным Торстейном Вебленом в книге «Теория праздного класса».
Если верить экономисту Веблену, люди редко понимают, что, зачем и как потребляют. Редко соображают, за что платят, кому и почему именно столько. Чтобы сделать выбор, люди предпочитают не исследовать качество предлагаемого товара, не раздумывать, адекватна ли цена, а поступать согласно одной из трех основных схем иррационального потребительского поведения.
Первая схема — присоединение к большинству или следование стадному инстинкту. Люди покупают кока-колу, потому что ее покупают все. Люди едят гамбургеры, потому что все едят гамбургеры. И точно так же люди голосуют за партию власти, потому что все голосуют за партию власти. Каждому из сторонников партии власти кажется, будто принадлежность его к большинству принесет какие-то бонусы или по крайней мере избавит от каких-то рисков.
Для российского избирателя некоторая сложность заключалась только в том, что старая партия власти не умерла окончательно, а новая все никак не могла сформироваться. Человек, желавший проголосовать как все, присоединиться к большинству, долго не знал, следует ли голосовать за коммунистов, которые были у власти семьдесят лет и того и гляди вернутся, или за черномырдинскую, например, партию «Наш дом — Россия». Партия конформистов оформилась окончательно только к середине 2000-х и стала называться «Единой Россией».
Вторую схему нерационального потребительского поведения Веблен называет эффектом сноба. Претендующий на некоторую интеллектуальность нерациональный потребитель покупает не то, что все, а наоборот, то, чего не покупает никто. Если все покупают кока-колу, то вебленовский сноб купит свежевыжатый сок из сицилийских апельсинов от фермера, чья продукция рекомендована на сайте движения
Третью схему нерационального потребительского поведения Веблен называет потреблением демонстративным. То есть потребитель покупает самое дорогое в нерациональной надежде, что самое дорогое — это и есть самое лучшее. Демонстративный потребитель платит тысячу евро за ужин в ресторане, одевается в бутиках, ездит на «майбахе» либо мечтает обо всем этом. И вместо того, чтобы проголосовать за какую-нибудь партию, покупает себе партию, называет «Союз правых сил» или ЛДПР и заодно покупает голоса избирателей, которые будут за эту партию голосовать.
В середине 90-х после уверенной победы популистов, на вебленовских принципах наполнивших собою парламент, обеспеченный класс начал всерьез беспокоиться: за чей, спрашивается, счет должно выполняться все то, чего популисты наобещали? Кого станут грабить и громить возмущенные толпы, когда обещанный Гайдаром свободный рынок ничего сам не отрегулирует и к всеобщему благосостоянию не приведет? Грабить станут богатых, хотя бы потому, что бедных грабить бессмысленно.
Кто будет платить, если предлагаемая Явлинским программа реформ «Пятьсот дней» будет вдруг принята и через пятьсот дней потерпит фиаско? Платить будут богатые, хотя бы потому что бедным платить нечем.
Кто будет виноват, когда рекламируемая коммунистами богатейшая в мире страна окажется нищей? Виноваты будут богатые, хотя бы потому, что у коммунистов богатый опыт экспроприаций.
Кто, наконец, должен будет выдать обещанную Жириновским бутылку водки каждому мужику и мужика каждой бабе? Не Жириновский же, у него сроду не было столько бутылок водки и столько мужиков. Разумеется, за мужиков и за водку тоже пришлось бы платить богатым, и богатым это не нравилось.
