Восстание Спартака продолжалось несколько лет. Оно охватило большую территорию, вовлекло много тысяч рабов в активную вооружённую борьбу против рабства. По всем направлениям пересекли отважные отряды восставших Италию, вселяя страх в рабовладельцев. Не один римский аристократ бежал в ужасе из своей роскошной виллы под защиту городских стен. Восстание было массовым. Тысячи рабов, присоединившиеся к войску Спартака, впервые за долгие годы вздохнули полной грудью, ощутили себя людьми, не говорящими орудиями, не живым товаром, а борцами, свободными и грозными для врагов. И в сердцах тех, кому не удалось с оружием в руках встать под знамёна Спартака, зарождалась и крепла надежда на избавление от невыносимых и унизительных условий жизни. Восстание оказало очень большое революционизирующее воздействие на огромные массы рабов.
Чего же хотели восставшие? Во имя чего поднимались они на неравную борьбу? До нас не дошло никаких; программных документов повстанцев, да их, быть может, и не было. Однако цель восстания ясна: рабы вступили в борьбу за свободу, за возможность вернуться на родину, за право жить, не зная над собой бича надсмотрщиков, за право трудиться для себя и для своих близких, за своё человеческое достоинство. Величие их дела состояло в том, что они старались вовлечь в борьбу как можно больше своих угнетённых и обездоленных собратьев, мечтали о полном ниспровержении общества, построенного на рабстве, на захватнических, грабительских войнах, на бесчеловечной эксплуатации, на уничтожении многих тысяч человеческих жизней, на превращении миллионов людей в живой товар, в человеческий скот, обречённый на беспросветный, изнуряющий труд на других. Это была великая борьба, и цель её была светла и благородна, но такая борьба была в тогдашних условиях обречена на неудачу. Стремясь к личному освобождению, рабы не могли выработать такую революционную программу, которая объединила бы и сплотила широкие массы эксплуатируемых. Рисовавшийся их воображению идеал общественного строя был слишком неясным. Во времена Спартака ещё не созрели исторические условия, которые могли бы привести к уничтожению рабства. В этом была историческая ограниченность восстаний рабов, и в этом была причина поражения. Восставшие рабы, говоря словами В. И. Ленина, «никогда не могли создать сознательного большинства, руководящего борьбой партий, не могли ясно понять, к какой цели идут», да и сама их цель была в сущности недостижима.
В самом деле, восстание Спартака пришлось на тот период, когда рабовладельческий Рим находился в полном расцвете своих сил и военного могущества. С другой стороны, даже такое мощное восстание, как восстание Спартака, оставалось движением одних рабов. Несмотря на то, что в рядах спартаковцев встречались и свободные люди, всё же другие группы эксплуатируемых (например, крестьяне Италии) в своей основной массе не пошли за Спартаком, не поддержали его. Сказалось, наконец, и отсутствие полного единства среди самих повстанцев, недостаточность их организованности и дисциплины — ведь в самые решительные моменты от Спартака, как мы видели, откалывались многочисленные отряды, которые пытались продолжать борьбу на свой страх и риск.
Но было бы неправильно считать, как это делают многие буржуазные учёные, что восстание Спартака не имело крупного исторического значения, что оно было вызвано порывом отчаяния и прошло, не оставив следов. Напротив, великое восстание рабов под руководством Спартака сыграло исключительно важную роль в истории последних десятилетий республиканского Рима. Долго не забывали о нём римские рабовладельцы, и ещё через четыреста с лишним лет, когда волны рабских восстаний, на этот раз объединённых с другими группами угнетённых внутри Римской державы и с нашествиями пограничных племён, уже угрожали самому существованию Рима, рабовладельцы помнили «войну рабов, самую ужасную из всех, какие только выдерживали римляне», и надеялись, что новую опасность удастся устранить подобным же образом. Но в этот раз они просчитались. В V в. н. э. восставшие рабы, действуя вместе со всеми угнетёнными и опираясь на помощь племён, живших за пределами Римского государства, ниспровергли рабовладельческий строй и погребли под его развалинами Римскую империю, целиком основанную, по выражению В. И. Ленина, на рабстве.
