Леголас встаёт с кровати, встречая радостные лучи восходящего солнца, проникающие тонкими полосами сквозь густую листву деревьев. Рана, когда-то чуть не оказавшаяся смертельной, теперь напоминает о себе лишь белым шрамом. После нескольких недель в палатах врачевания, эльф, наконец, может покинуть их. Его сердце рвётся к свободе, к ветру, вольно гуляещему над кронами вековечных деревьев, руки тянутся к любимому верному луку и мифриловым парным кинжалам.
По бесконечным лестницам и запутанным коридорам лесного дворца, Леголас словно стрелой летит в тронный зал. Потоки прохладного воздуха приятно ласкают бледное лицо, развеваются золотые длинные волосы и широкая белая туника, обхваченная тонким тёмным ремешком. Яркий свет солнца длинными лучами льётся в высокие окна, в лесу за крепкими стенами шелестит ярко-зёлёная листва, и звонко поют птицы.
Перед входом в тронный зал он останавливается. Тяжёлые двери плавно отворяются, Леголас быстро входит уже с холодной маской на лице. Он приближается к резному трону отца и низко кланяется. Трандуил отрывается от разговора с советником и отсылает всех прочь из зала. На его лице нет уже равнодушия, не сходившего столетиями. Он внимательно оглядывает сына, остановившись на месте ранения. Удостоверившись в полном его здравии, он встаёт и расстегивает брошь на шее. Холодное украшение со звоном падает на пол и катится по каменной лестнице. Тяжёлая алая мантия с тихим шорохом спускается по широкой спине и ложится на ступени. Трандуил по-прежнему величественно, но уже не столь сильно, как раньше, спускается вниз. Он негромко зовёт сына и направляется к незаметной двери. Низко наклонившись, он отпирает скрипящий замок, и король входит в сад. Леголас в молчании следует за отцом, надеясь, наконец, услышать хоть какие-то слова, вновь увидеть в глазах любовь. В саду белые пальцы короля медленно снимают с головы тяжёлую корону с листьями и цветами. Повернувшись, Трандуил смотрит на сына. В его взгляде видна внутренняя борьба, он несколько мгновений колеблется, но потом потом почти подлетает к сыну и несмело его обнимает. Теперь они стоят, как два обычных эльфа, как любящие отец и сын, но не как король и принц.
— Отец… — чуть слышно говорит обомлевший эльф. За те столетия после гибели матери король закрылся в себе и не проявлял ни малейшего знака отеческой любви.
Принц заключает Трандуила в объятия и сжимает так сильно, будто боится, что это никогда не повторится вновь. Он вспоминает те далёкие годы, когда он и отец были столь близки, когда с лица короля почти не сходила радость. Вдруг сзади раздаётся негромкий кашель советника, и Трандуил отстраняется от сына, поворачиваясь к прибывшему эльфу.
— Владыка, всё новые орды орков появляются у границ наших владений. Мы ждём приказа нашего короля, — поклонившись, говорит советник. Леголас смотрит на отца и негромко печально произносит ему:
— Я понимаю, что ты не отпустишь меня, отец. И я не посмею боле ослушаться твоего приказа. Мною был получен хороший урок, — в его глазах нет надежды, он лишь спокойно, с осознанием своей вины, кланяется и смотрит в лицо отца. Уголки губ Трандуила едва заметно приподнимаются.
— Ты прав, Леголас, что я не дам тебе отправиться в бой, — принц принимает решение короля и коротко кивает головой. Вдруг король продолжает. — Мы отправимся туда вместе.
— Отец! — Леголас радостно смотрит на Владыку, стараясь не слишком сильно показать своё счастье. — Я безмерно благодарен тебе!
— Вели собирать воинов. Выступаем сегодня в полдень, — приказывает король советнику.
***
Большой конный отряд во главе с Трандуилом и Леголасом мчится по лесу навстречу лучам заходящего солнца за освобождение родных земель. Ветер развевает золотые волосы, и отец с сыном улыбаются друг другу. Спустя тысячи лет холодная стена, наконец, разрушена, и те добрые, светлые, на века позабытые отношения теперь восстановлены.
