По прямому назначению Ставка начала применять свои воздушно-десантные войска во время Московского контрнаступления в декабре 1941 года и последующего зимнего наступления. Например, после выброски в декабре 1941 года небольших воздушных десантов к западу от Москвы, воздушно-десантные войска в феврале 1942 года провели десантные операции бригадного и корпусного масштаба в районе Вязьмы, а в сентябре 1943 года — на Днепре. В марте-апреле 1942 года совместные воздушно-наземные операции были проведены близ Демянска, а в феврале-марте 1942 года выброшены тактические десанты меньшего масштаба около Юхнова и Ржева. Еще позже Ставка спланировала, но в конечном счете отменила две крупномасштабных воздушно-десантных операции в поддержку наступления 1-го Прибалтийского фронта в северной Белоруссии в ноябре 1943 года. На протяжении всего периода войны воздушно-десантные войска организовали сотни тактических, разведывательных и диверсионных десантных операций мелкими группами от 20 до 500 человек.
Частая реорганизация воздушно-десантных войск на протяжении войны отражала двойственное отношение Ставки к их применению. Советское командование колебалось по поводу того, как следует использовать воздушно-десантные войска: то ли перебрасывая их по воздуху, то ли в качестве элитных сухопутных соединений.[64] Отражая это отношение и имеющийся опыт воздушно-десантных операций, Ставка к концу войны подчинила оставшиеся воздушно-десантные войска вместе с Управлением воздушно-десантных войск командующему Военно-воздушными силами Красной Армии.
Когда началась война, военно-воздушные силы (ВВС) являлись составной частью Красной Армии и оставались таковыми на протяжении всей войны — хотя и пережили несколько существенных реорганизаций. Именно
Жигарев, который 12 апреля 1941 года сменил на этом посту генерал-лейтенанта авиации П. В. Рычагова, был выпускником летной школы. В 1932 году он закончил военно-воздушную академию имени Жуковского, в 1930-х годах командовал эскадрильей, авиабригадой и военно-воздушными силами 2-й Отдельной краснознаменной Дальневосточной армии. Назначение Сталиным Жигарева в декабре 1940 года заместителем начальника Главным управлением военно-воздушных сил, а в апреле 1941 года — начальником этого управления положило конец вызванному чистками периоду длительных перетрясок командования ВВС{121}.
ГУВВС состояло из нескольких функциональных управлений и отдельных отделов, а также штаба ВВС с собственными подчиненными отделами, наиболее важным из которых был оперативный отдел, отвечавший за подготовку оперативных и тактических приемов и обучение личного состава. Однако ни жигаревское ГУВВС, ни штаб ВВС не располагали никакими собственными органами служб тыла, предназначенными именно для обслуживания ВВС. В боевой состав ВВС входили подчиненная Верховному главнокомандованию дальнебомбардировочная авиация (ДБА), фронтовая авиация военных округов, армейская и корпусная авиация{122}.
В первые несколько недель операции «Барбаросса» вермахт буквально опустошил ряды советских ВВС, уничтожив множество самолетов, пилотов и экипажей, сотряся до основания всю войсковую структуру авиации Красной Армии, но главное — лишив действующие войска Красной Армии сколь-нибудь значительной воздушной поддержки. Ставка и НКО усиленно пытались воссоздать, реорганизовать и вновь оснастить техникой ВВС, подготовить новых командующих, штабы и экипажи ВВС, а одновременно — увеличить слабеющее советское производство самолетов, делая все это в наихудших условиях из возможных.
На следующий же день после начала войны Совет Народных Комиссаров передал советский Гражданский воздушный флот под управление НКО и ВВС, а менее чем через неделю, 29 июня, Ставка создала пост командующего ВВС в комплекте с военным советом и штабом ВВС. Жигарев был назначен командующим военно-воздушными силами, а также заместителем наркома обороны{123}. Назначая Жигарева командующим ВВС с собственными военным советом и штабом, Ставка сделала его ответственным как за ВВС, так и за УВВС, а Сталин расширил его административную и оперативную ответственность. Это улучшило управление военно-воздушными силами, особенно в отношении оперативного и стратегического применения авиации, повысило ее боеготовность и материально-техническую поддержку ВВС, рационализировало и ускорило производство самолетов.
