Что же до нее, тут дело обстояло хуже. Все шло к тому, что брату придется ее содержать. В этот-то момент и появился Инсат Перье в образе Санта-Клауса. И все проблемы с работой тут же были решены. Она получила место младшего коммерческого агента в представительстве «Свамбе-Никатка файнэншл энд индастриал груп» на Таире, а Брендона после недельного прозябания за соседней с ней консолью Инсат Перье забрал к себе. Кроме того, к ее удивлению, господин финансовый советник, который был известен своим безразличным отношением к женщинам, начал оказывать ей всяческие знаки внимания. Сначала это было красиво и трогательно. Перье был мил и немного неуклюж, наверное по неопытности. К тому же внимание ТАКОГО человека льстило. Вскоре Делайла уступила его ухаживаниям и бросила работу. К тому же переезд на станцию позволял быть ближе к брату. Но потом начался кошмар. Нет, Перье был все так же мил и предупредителен, и она искренне старалась, как могла, ублажить этого вечно занятого человека. Но, по традициям Свамбе, белым женщинам, кем бы они ни были, не разрешалось покидать своих покоев без мужского сопровождения. Так, по крайней мере, сказал ей Перье. А у нее не было никаких причин не верить ему.
К тому же, даже если это было и не так, куда она могла пойти, если на три миллиона женского населения станции приходилось дай бог если несколько тысяч белых. Да и те в своем большинстве носили фамилию Никатка. Нескольких таких встреч хватило, чтобы у Делайлы пропало всякое желание иметь с ними что-то общее. Так что единственное, что ей осталось, была скука, невероятная, кошмарная, тягучая скука. Однажды она попыталась завести интрижку с одним из масаев-гвардейцев, но одного раза оказалось более чем достаточно. Масай, неутомимый любовник, был с ней очень груб. Она потом долго не могла дотронуться до волос на затылке, а на руках и груди несколько дней не сходили синяки. Слава богу, Инсат не появлялся несколько дней подряд. Больше она таких экспериментов не проводила. И все вернулось на круги своя. Брат навещал ее нечасто, наряды и украшения ей надоели, да и какой в них толк, если их некуда надеть, никакой живности, кроме рыбок и попугайчиков, в жилых помещениях держать не разрешалось, так что, когда в ее апартаментах неведомо каким образом вдруг появился тот торговец, она так была измучена скукой, что готова была повеситься. Поэтому его предложение приняла с великой радостью.
Надо сказать, он тогда сделал неплохой бизнес. Делайла не знала, сколько действительно стоит порция порошка, которую торговец цинично называл «зеленой дурью», и заплатила не торгуясь. Однако в первый раз она решила попробовать только чуть-чуть. Подцепив на кончик ножа немножко порошка, малую часть дозы, она осторожно высыпала его на полированную крышку стола и, скатав из тоненького бумажного листа крошечную трубочку, вдохнула его носом…
Первое впечатление ее испугало. Когда порошок впитался в слизистую оболочку носа, она вдруг потеряла ориентацию. Но затем на нее обрушились все мыслимые наслаждения. Ее язык чувствовал вкус самых изысканных блюд и самых тонких вин одновременно, ее глаза наслаждались каким-то невероятным буйством света, а ноздри трепетали от самых невероятных ароматов. Все остальное тоже было пугающе прекрасным. Она очнулась через десять минут, на полу, рядом со своим ложем. Все тело ломило, будто ее только что изнасиловали пять масаев подряд, во рту было сухо, а трусики были мокрыми. Но память о невероятных ощущениях была столь прекрасна, что она чуть не бросилась к трюмо, где хранился остальной порошок, еле сдержалась.
Эта борьба с собой продолжалась почти два дня, и, когда влечение почти совсем прошло, Делайлу охватил страх. Она приняла крохотную частичку нормальной дозы и чуть не влипла. К тому же не успела она очнуться, как позвонил Перье, и она с трудом заставила себя беспечно улыбаться и нести обычную слюнявую чепуху. Так что, как только Делайла немного оправилась, она немедленно спустила всю эту дрянь в свое биде. А потом потихоньку начали появляться вопросы. Свамбе были известны своей ненавистью к торговле наркотиками. Они занимались чем угодно, особо славясь поставками замороженных рабов на окраинные миры, но наркотики… Торговцев наркотиками, которых угораздило попасть в руки масаев, ждала не просто смерть. Это было длительное театрализованное действо, как правило длящееся не один день и совершаемое под аккомпанемент последовательно воплей, стонов и хрипов жертвы.
