От незнакомого голоса, раздавшегося прямо над ухом, привратник испуганно вздрогнул и отскочил назад. Но, увидев перед собой того самого незнакомца, которому только что сам он приказал спуститься из кабины краулера, нехотя ответил:
— Беглого «лесовика» отловили.
— Кого-кого? — переспросил Ив.
Привратник снисходительно посмотрел на него:
— Ты, я вижу, нездешний?
Ив утвердительно кивнул головой. Привратник, приосанившись, перешел на менторский тон:
— Когда господин барон начал землю делить по справедливости, некоторые за вилы схватились. С ними быстро разобрались — в «морозильную камеру», и привет. Но были и такие, которые, наоборот, в бега ударились. Благо земли тут немерено. Пока у господина барона до них руки не доходили, они и жили себе, как тараканы в щели. А ноне эвон, за них крепко принялись. Уже восьмую семью нонешней неделей везут. И правильно. — Он перехватил пику и наставительно поднял палец, — Нечего, как зверью какому, по оврагам таиться. Коли ты человек — живи среди людей и слушай того, кто Господом над тобой поставлен.
Он замолчал. Ив посмотрел сквозь ворота на остановившуюся процессию. В нем все больше крепла уверенность, что он поступил правильно, приехав сюда.
— И что с ними будет?
Привратник усмехнулся:
— Известно что. Девкам юбки позадирают да поиграются чуток, мужиков плеточкой поучат, а потом либо в крепь, либо в «морозильную камеру». — Он простодушно вздохнул. — Лучше уж в крепь, так хоть на месте оставят. Могут и дом вернуть. Токмо, конечно, клеймо выжгут. Как в крепи без клейма-то. — Тут он спохватился, что слишком разболтался с незнакомым человеком, и, грозно тряхнув пикой, воскликнул: — А ты кто таков, что все тут выспрашиваешь?
Ив дружелюбно улыбнулся:
— Да так, искатель лучшей жизни. Вчера прилетел. Просто познакомился в городе с хозяином Тарасом, старшиной мулинеров, и он посоветовал мне обратиться к господину барону. Может, господин барон найдет и для меня местечко?
На лице привратника появилось почтительное выражение.
— Повезло тебе, парень. Хозяин Тарас с хозяином Останом за ручку здоровкается, а тот у барона что большой палец на руке, большо-о-ой человек. — Привратник оттопырил указательный палец, подчеркивая важность должности хозяина Остана. — Над всей Варангой шериф.
Ив уважительно завел глаза вверх, голос привратника слегка потеплел.
— А ты по какому делу умелец? — спросил он почти благожелательно.
— По всякому, больше — как всякие электронные штучки обманывать.
Привратник кивнул, глубокомысленно наморща лоб:
— Его светлости сейчас нету, в отъезде они. Так что тебе прямая дорога к отцу Иеремии. Когда господин барон в отъезде, он тут за главного. Вон там крылечко видишь? — Привратник показал рукой на резное крыльцо, пристроенное к дальней от ворот стороне дома. — Аккурат туда и дуй. Он завсегда днем там. Ежели не в церкви. Но вроде как пока в колокола не били.
Это совпадало с тем, что Ив уже знал из вчерашней пьяной болтовни старшины мулииеров, однако привратнику говорить об этом было не обязательно. Поэтому он преувеличенно горячо поблагодарил его и направился к указанному месту. Между тем в центре двора разворачивался спектакль. Судя по всему, зрелище, хотя и было привычным, еще не надоело. Когда Ив приблизился к небольшой толпе, собравшейся вокруг приведенной под конвоем телеги, все семейство «лесовика» вместе с нехитрым скарбом уже было выгружено. Сам крестьянин, его жена и четверо детей, девочки в возрасте приблизительно от одиннадцати до девятнадцати лет, стояли на коленях перед телегой. А в их барахлишке, где самой ценной вещью был старенький портативный каталитический нагреватель, с раздраженным видом копались пятеро. Эти уже не напоминали невежественных крестьян, получивших в руки палки и превратившихся в мулинеров, нет, они наводили на мысль о хорьках в курятнике. Все пятеро были крепкие, с хищным взглядом и привычно брезгливым изгибом тонких губ. Как раз в тот момент, когда Ив, протиснувшись из задних рядов, оказался почти в центре событий, одному из них надоело ковыряться в груде поношенных крестьянских вещей. Он, ругнувшись, зло пнул кучу ногой, подскочил к крестьянину и, схватив его за волосы, свирепо заорал:
— Куда деньги дел, паскуда?
Тот что-то испуганно пробормотал, «хорек», хищно ощерившись, прошипел:
— Врешь, дерьмо, — и, повернувшись к товарищам, тоже переставшим копаться в убогом барахле, злорадно рявкнул: — А ну пощупайте его курочек, может, он им чего между ног засунул.
Толпа жадно подалась вперед — сейчас должно было начаться самое интересное. Ив огляделся. Вокруг были не только мужики, но и бабы. Но лица и тех и других одинаково горели возбуждением. Одна из баб вдруг тонко заверещала:
— Эй, Мугот, а ну покажи на младшенькой, как у девок между ногами трещит!
От этих слов Ив невольно вздрогнул. Однако, хотя некоторые украдкой перекрестились, никто не ушел. Остальные «хорьки» будто только и ждали этого предложения. Мгновение спустя вся женская часть семейства была повалена на землю и их подолы были резво задраны.
