Антону хватало ума понять, что внешность не всегда определят характер и поведение, однако на инстинктивном уровне он боялся смотреть на Виктора. Все его, даже самые дружеские и добрые слова искажались, когда Антон обращал внимание на оскал его острой как бритва челюсти — они становились острее, приобретали тень черной злобы и иронии в его уме. Выглядело это так, как если бы человек с оружием в руках говорил вам "не бойся меня; подойди ближе; я тебя не обижу" — с какой бы интонацией эти слова не были произнесены, как широко бы этот человек не расставлял руки в объятия, говоря их, поверить ему никому бы не удалось. Антон в полной мере понимал, что от Виктора не исходит никакой угрозы, более того он был чуть ли не единственным, кому Антон мог в полной мере доверять, и у кого нет причин использовать его незнание о мире, в котором он живет, в своих целях, но именно этот вид, эти зубы, эти язвины заставляли его вздрагивать каждый раз, когда он начинал говорить.
— Ну что, так и будем тут стоять, или ты мне поможешь? — обратился Виктор к оцепеневшему Антону
— Прости, я задумался. — в спешке ответил Антон, посчитав свой ступор проявлением неуважения — Куда нам идти?
— Я хотел спросить об этом у тебя. На кладбище, где был убит тот сторож, сейчас ведется патрулирование, вернее сказать, не на самом кладбище, а в этом районе, так что туда не вариант.
— А в реке утопить? Что думаешь?
— Она неглубокая. Тело быстро найдут. Должно быть какое-нибудь место, где даже искать не будут, или где тело невозможно найти.
Антон скривил лицо в недовольной гримасе, потому что знал, что такое место есть.
— Есть один вариант. У тебя много времени?
— Я почти всегда ничем не занят. А что такое?
— Нам придется идти на болота.
— Подумаешь. Ну болото и болото. Ты чего скуксился то?
— Узнаешь, когда мы придем.
Выйдя узкими безлюдными улицами Антон и Виктор двинулись вдоль оврага у дороги в сторону болот. Ночь в этот день была как обычно светла. Курганы, которые Антон видел из окна автомобиля во время своего первого визита сюда сейчас были доступны для более детального рассмотрения. Их полукруглые каменные своды казалось собирали лунный свет; приглушали его. Даже в такую яркую ночь они были полностью поглощены мраком. Виктору даже показалось, что они ''излучают'' темноту. Во время их пути он то и дело пытался допросить Антона о том, что ждет их на болотах, но в ответ слышал лишь молчание. В итоге мысль о том, что есть на свете что-то, что может напугать бессмертное сверхсильное существо, пусть даже такое молодое и неопытное заставила Виктора остановиться. Он демонстративно бросил мешок и сел на отколовшийся от одного из курганов черный квадратный булыжник.
— Я никуда не пойду, пока ты мне не ответишь. — сказал он
— Ну ладно, слушай. — Антон сел на траву напротив Виктора — Когда я там был я увидел нечто страшное. Это были те же существа, что и мы, только они были дикими, смотрели на меня из воды — тысячи глаз вдруг вспыхнули в темноте от фонаря и бросились прямо на нас с Бальдром. Он сказал мне что они обезумели от голода и ушли туда, где смогут прятаться от света и людских глаз. Больше я ничего не знаю об этом, так что давай покончим с этим как можно скорее и вернемся обратно.
Виктор воспринял рассказ Антона равнодушно, по крайней мере, как ему казалось. Он просто молча встал и пошел дальше по оврагу, ничего не ответив. Антону даже пришлось нагонять Виктора и идти куда более быстрым шагом чем обычно. Час пути заняло перемещение от кургана до подхода к болотам. Постепенно запах стоящий в округе становился все более душным и тинным, почва сменялась на глинистую смесь песка и перегноя, что означало приближение к обиталищу давно погибших душ. Антон чувствовал растущее напряжение и постоянно оглядывался по сторонам, прислушивался к окружающим звукам и старался лишний раз не наступать в воду. Виктор в это время вел себя очень странно. Он шел уверенно и без оглядки, даже когда Антон вздрагивал от замеченных им бледных силуэтов в темноте он оставался невозмутимым, а блуждающие где-то неподалеку желтые огоньки не вызывали у него никакого интереса. Примерно спустя полчаса блуждания по лесу они вышли на гигантское поле зеленой тины. Сквозь толщу растений нельзя было увидеть ни воду, ни ее колебания — они были словно прочная крыша, защищающая секрет этого болота от посторонних глаз.
— Я так понимаю — мы на месте? — спросил Виктор
