Она вышла из-за его спины. Словно стояла там все время, словно сопровождала его в битве. И внезапно все остальное перестало иметь значение. Ниже мужчины почти на голову, темноволосая, щуплая, она легко дотронулась до плеча убийцы и указала на вора. Воин улыбнулся одними глазами и, не глядя на нее, обронил несколько слов.
А Альтсин, хотя слух его наполнял грохот собственного сердца, понял эти слова, будто стоял в шаге от них. «Не умею плавать», – сказал тот, и похоже, что если какой-то бог присматривал за произошедшим, то наверняка был он сукиным сыном с извращенным чувством юмора.
А потом девушка взглянула прямо на вора.
Несмотря на темноту, он видел ее столь отчетливо, словно она стояла на солнце. Большие глаза, маленький носик, пухлые губы. И улыбка, словно нож в открытой ране. Жестокость.
Сущность в его голове взвыла. Вор никогда не думал, что можно испытывать нечто подобное. Ненависть? Раз или два в жизни ему казалось, что он кого-то ненавидит и желает им смерти. Это было лишь тенью того, что он ощущал нынче. Внезапно он перестал чувствовать холод, вода сделалась почти горячей, сердце, стучавшее, словно молот, едва не остановилось, чтобы через миг рвануть бешеным галопом. Прежде чем он пришел в себя, сделал несколько гребков – и оказался уже на половине дороги от мола.
Нет! Нет! Нет!
Альтсин остановился, вода заволновалась. Он изо всех сил воспротивился тому, что его захватывало. Сделал глубокий вдох и снова нырнул. Добрался до дна, воткнул ладони в ил и стиснул их на первой же вещи, которую почувствовал под пальцами. Старая веревка. Молниеносно окрутил ее вокруг запястья, затянул, завязав петлю.
Сущность внутри его головы обезумела. Альтсин услыхал вой, рык лопающегося неба и…
