– Это ничего не значит, – сказал он после короткого молчания. – Многие молодые ездят нынче таким вот образом. Колесница быстрее фургона и не требует разрешения.
– Верно. Хотя из того, что я знаю, торговый фургон тоже не требует разрешения.
– Но он медленный. Фургон будет катиться целый день, а колесница домчится за два-три часа, и кони даже не вспотеют. Только в этом и дело.
Молоток ударил в наковальню снова, головка его подскочила и сразу же упала вниз, исполнив серию затихающих ударов, наполняя кузницу певучим звуком. Ласкольник казался почти загипнотизированным, поскольку ни на миг не отрывал взгляда от орудия.
– Цена железа и стали подскочила, – проворчал он. – И сильно.
– И кому ты это говоришь, генерал? Это как если бы ты рассказывал каменщику о новых ценах на кирпич и побелку. Я знаю, насколько подорожало железо.
– А как пошли вверх дубовые доски? И воловьи кожи? И овес? И тетивы для дуков и арбалетов? И наконечники стрел и дротиков?
– Если бы железо подорожало, а наконечники упали в цене – мы могли бы об этом поговорить. Это было бы странно и непонятно – то, о чем болтали бы купцы. Но так? Что в этом странного?
Анд’эверс закончил грести в горне и принялся рассматривать висящие по стенам инструменты. Он все еще не поворачивался к гостю. Присевшая под стеной Кайлеан надеялась только на то, что тень, падающая от обширной крыши, достаточно скрывает абрис ее силуэта. Словно бы ничего такого не происходило, кузнец и кха-дар вели банальный разговор о ценах того и этого. Но все же что-то подсказывало ей, что, если их обнаружат, Ласкольник будет очень недоволен. Дер’эко сидел рядом, почти приклеившись к стене.
– Дуб, сосна, ясень, липа, кедр. Никогда еще столько древесины не ехало степями. Это не единичные караваны – это целые их вереницы. Из западных и северных провинций идут сюда повозки, доверху груженные разными сортами древесины, и, вообрази себе, дружище, цена все еще растет. – Ласкольник закончил играться с молотком и потянулся к тяжелым щипцам.
Раскрыл и защелкнул их несколько раз, словно удивляясь тщательности работы. Узнаешь ремесленника по его орудиям – так он всегда повторял и в этот миг, казалось, намеревался оценить Анд’эверса по качеству инструментов в кузнице. Казалось, что Ласкольник сосредоточил на клещах все свое внимание.
– И какое до этого дело кха-дару малого чаардана? – Кузнец наклонился и принялся копаться подле мехов.
– Бурное движение в степях – это возможные проблемы. Бандиты уже приметили, что появилось больше караванов, да и не только они. – Клещи, которые держал Ласкольник, раскрылись и затворились почти бесшумно. – Кочевники тоже посматривают на них с вожделением.
– Чтобы держать подальше бандитов, существуют наемные стражники, а чтобы се-кохландийцев – армия. А свободные чаарданы подходят для одного и другого, как я слышал. – Анд’эверс шевельнул мехом, поднимая небольшое облачко пепла.
– Армии и свободных чаарданов может не хватить.
– Для чего именно?
Ох, не удалось ему задать этот вопрос тоном нейтральным. Настолько же явно кузнец мог бы выкрикнуть: «Знаю, о чем ты, но все равно не вытянешь из меня ничего». Беседующие все еще старались не глядеть друг на друга. Словно вели разговор с воздухом.
– Та пара полков, что недавно прибыла на восток, – всего лишь демонстрация. – Кха-дар отложил клещи и потянулся к маленькой форме, служащей для изготовления наконечников. – Им до́лжно крутиться на виду, но они получили приказ отступить на запад, если что-либо начнется. Империя не позволит втянуть себя в войну, стать наковальней, на которой наследники Йавенира откуют заново единство своего царства. Если, конечно, этот старый сукин сын вообще умрет. А если дела пойдут плохо, мы отдадим восточные провинции, затворимся в крепостях и примем главное сражение внутри страны, на наших условиях. Не сделаем тех же ошибок, что тридцать лет назад.
Для предводителя свободного чаардана кха-дар прекрасно разбирался в планах имперской армии.
– И оставите наши лагеря на милость кочевников? – Кузнец впервые распрямился и взглянул на Ласкольника. Темное лицо его было гладким и спокойным, словно они говорили о погоде, но Кайлеан знала, что внутри он кипит. Это был не просто разговор о ценах на железо и о военной тактике.
– Но ведь ваших лагерей уже не будет. – Форма отправилась на свое место, и кха-дар встретился взглядом с Анд’эверсом. – И именно их отсутствие станет причиной войны.
Что-то брякнуло и затанцевало на наковальне. Маленькое стальное колесо с восемью спицами миг-другой вращалось, прежде чем упало на пол и покатилось в угол.
