— Кажется, лучше снять парусину, — сказал Биндер извиняющимся тоном. — Кто-нибудь может прийти и дотронуться до нее, не зная, что это такое. Но я сделал интересное открытие, Джордж! Я думаю, оно тебе понравится. Видишь ли, мой твердый вакуум сам по себе не годится для того, чтобы двигать «Джезебель», но я придумал для тебя кое-что получше.
Медден поднял глаза к небу, потом исступленно оглядел берег. Он увидел у кромки воды довольно толстый обломок дерева.
— Вот что я скажу, — продолжал Биндер. В руке у него был кусок парусины с окрашенной верхней стороной. Он очень осторожно сложил его вдвое. — Видишь?
Медден промолчал.
— Твердый вакуум, — продолжал Биндер, — не хочет прикасаться ни к чему. Трение возникает только там, где два предмета соприкасаются. А твердый вакуум отбрасывает от себя все, что к нему прикасается, но другого твердого вакуума не может отбросить! Потому что они не соприкасаются! Понимаешь? Если у меня будут две поверхности, покрытые твердым вакуумом и если я потру их друг о друга, то у меня будет скольжение без всякого трения!
Он широко улыбнулся Меддену, принимая его неподвижность за внимание.
— Я тебе скажу, Джордж, — весело произнес он, — все, что нужно для получения твердого вакуума, находится на борту. Ты пойдешь и достанешь буксир, чтобы снять «Джезебель», и велишь откачать ее и заткнуть в ней дыру. А пока тебя не будет, я разберу машину на части. Я покрою твердым вакуумом цилиндры изнутри, а поршни снаружи, покрою подшипники и то, что в них вращается. И тогда машина будет работать совершенно без трения. Тебе не понадобится новая, ты сэкономишь деньги…
Тем временем Медден медленно спустился с палубы «Джезебели» на песок и направился в сторону от Биндера.
Он подобрал тяжелую палку, валявшуюся у кромки воды, и двинулся на Биндера. Палка не попала в Биндера — она пролетела очень близко, но все-таки мимо…
Если оставить гуманность в стороне, то об этом можно только пожалеть. Сейчас Биндер занят идеей, если 2 да 2 равны четырем, то это выведено лишь из длинного ряда наблюдений, которые могут быть простыми совпадениями. Он исследует теоретическую возможность того, что 2 да 2 когда-нибудь дадут атавистическое 5. Это звучит безобидно, но никто не может угадать, чего только Биндер может добиться.
Ожидать неприятностей — вот что неприятно.
