-Алло, сестрёнка, ехать никуда не нужно, уже всё в порядке, - быстро проговорила я в трубку теле-фона.
-Слава Богу, а то я в пробке застряла. Ты знаешь этого человека? - поинтересовалась сестра.
-К сожалению уже знаю, - буркнула я.
-В смысле? Ты можешь внятно объяснить? Машина зарегистрирована на человека из частной ох-ранной организации, которая работает на Романова.
-Точно. На него.
-Ну и что из этого? Ты объяснишь мне, наконец, каким боком к тебе Михаил Романов?
-Долго рассказывать. Давай не по телефону, спасибо за помощь, я заеду к тебе на неделе, и мы пого-ворим, хорошо? - скривилась я.
-Ох, что-то ты скрываешь от меня, Александра. Ладно, до встречи. Целую тебя, - вздохнула сестра.
-Целую, - попрощалась я.
Сев за руль своей машины и увидев того же чёрного Мерседеса, который снова рьяно двинулся за мной, я про себя улыбнулась. Все-таки этот мужчина послан мне для того, чтобы успешно решать мои проблемы, а не создавать их.
Все последующие недели я совестно просидела за учебниками, готовясь к предстоящей декабрьской сессии. В университете моя слава плохой девочки день за днём растворялась во времени, и я уже нача-ла чувствовать среди своих однокурсников себя совершенно спокойно и уверенно. Каждый раз опеча-ленно смотрела на пустующую парту, за которой сидел Андрей. Как ему там, в незнакомом городе, в дали от близких и друзей? Его знакомые вряд ли согласятся дать мне хоть какую-то информацию о сво-ем друге, а единственный человек, у которого я могу узнать хоть что-то о нём, недосягаем для меня. Вернее, я не хочу первой нарушать нашу долгую затянувшуюся на недели изоляцию друг от друга. Ка-ждый раз, слыша мелодию входящего вызова на телефоне, меня долбит, словно током, и я достаю те-лефон в надежде, что это звонит Михаил. Но он почему-то играет со мной в молчанку уже долгое вре-мя. Конечно, благодаря моей охране, которая уже больше месяца следует за мной повсюду, он следит за моей жизнью. А я про него ничего не знаю, абсолютно ничего. Даша рассказывала, что он очень занят на работе, что даже в клубе давно не появлялся. Мне бы увидеть его хоть бы краешком глаза, просто узнать всё ли у него в порядке. Но моя гордость слишком велика, чтобы сделать первый шаг к нему и позвонить или написать, хотя рука одинокими вечерами тянется это сделать. Зловещие мысли о том, что он не хочет меня больше видеть, и я ему не нужна, часто стали посещать меня. И я бы поверила в это, если бы не одно но - чёрный Мерседес. Находясь в тягостном состоянии от того, что я с ним давно не виделась и в постоянном нервном ожидании встречи с ним, я не могла настроить себя на что-то дру-гое. Когда закрываю глаза, в голове только воспоминания о его прикосновениях и поцелуях. Это зави-симость сильнее наркотической. Она срывает мне крышу, поглощает полностью, и самое ужасное во всём этом, что никакой реабилитации это физическое и психологическое тяготение к его близости не подвергается. Просто хроническая нехватка Михаила.
В очередной день, я собралась заехать в офис к отцу, чтобы помочь им с документоведением. Хоро-шо, всё-таки, что я осмелилась рассказать всё сестре. Вернее, уже просто не хотелось врать, объясняя ей, почему за мою жизнь теперь отвечают люди её клиента. Ответ был прост - он просто переживает за меня. А какие у него ко мне чувства не знает никто, даже я. Теперь мне стало намного легче на душе, зная, что моя сестра в курсе моих сердечных дел и совершенно не осуждает меня за всё это, а, наобо-рот, я вижу в ней сильную поддержку.
-Привет, моя родная, - увидела я папу в кабинете сестры, - как подготовка к экзаменам?
-Привет, - я обняла и поцеловала его в щёку, - вроде как справляюсь.
-Ты какая-то уставшая в последнее время. Это учёба тебя так выматывает? - обеспокоено взглянул на меня отец.
-Всё в порядке, просто я много занимаюсь допоздна, не могу никак выспаться, - устало произнесла я, поглядывая на сестру, которая знала истинную причину моего измученного вида.
-Ладно, тогда сейчас же езжай домой и хорошенько выспись, а мы сами как-нибудь справимся. Правда, Катя? - решительно заявил папа.
Сестра кивнула отцу в ответ, и он, схватив свой огромный портфель, попрощавшись с нами, полетел на свою очередную встречу.
Я вяло шлёпнулась в кресло сестры, и пальцем крутанула железный глобус в позолоченной оправе, который стоял на столе.
-Кать, что о Михаиле слышно? - печально спросила я.
Сестра взглянула на меня, и, оторвавшись от поиска каких-то важных документов в номенклатуре дел, подошла к столу, и облокотилась на него.
-Да плохо всё у него. Завтра суд вынесет окончательное решение, и он станет официальным холо-стяком. Нищим холостяком, - уточнила сестра.
-Нищим? Почему? - встрепенулась я.
