– Ну, они хотели поселиться в какой-нибудь системе, чтобы земля там была не на вес золота. Альдебаран почти целиком состоит из руд, так что свободных земель практически не осталось. А на астероиды в Солнечной системе за время войны цена упала в несколько раз, – вот они и подумали, что, скинувшись, сумеют прикупить один. Но женщин пришлось взять с собой – иначе проезд на лайнере обошелся бы им в половину всех сбережений. Билет с Альдебарана в Солнечную систему стоит недешево.
– Это вы мне говорите!
Подписать напечатанные им показания можно было, не покривив душой.
– Теперь, думаю, они рассчитывают схорониться на Отто или в одной из маленьких систем в тех краях, – подписанная стопка бумаг легла на край штурманского стола. – Не знаю, где именно, но наверняка это должна быть необитаемая система, по возможности неисследованная. Но вас-то доставят в родную Солнечную систему. Если корабль обнаружат в хорошем состоянии и обойдется без смертоубийств, не понадобится флотское расследование – тем более сейчас, после демобилизации. И вы же знаете, как старательно альдебаранские власти расследуют бунты и мятежи.
– Думаю, все кончится тем, что бумаги по этому делу перекочуют из папки «Пропали без вести» в папку «Разыскиваются за мятеж». Но вы не боитесь проблем с женщинами? Их же всего семь.
– Посмотрим. – Он потянулся, от чего висевшая на тщедушной груди складками форменная тельняшка даже расправилась. – Галактика велика, а бизнес после войны должен пойти в гору. В случае чего улизнем куда-нибудь еще, найдем какую-никакую работенку и отсидимся, пока страсти не улягутся.
В рубку вошел Рейджин и принялся рыться в картах. Выбрав одну, он, чертыхаясь под нос, принялся изучать ее. Беллью удивленно покосился на него и продолжал:
– Что до меня, я рад, что помог друзьям одолеть этого отпрыска канализационного насоса. Заодно узнаю, каково это – жить на необитаемом планетоиде.
– Боюсь, гораздо раньше вы узнаете, как пахнет плазма, – вдруг буркнул здоровяк альдебаранец. – Изначальный курс был проложен к Солнцу, так?
– Д-да, – заикаясь, пробормотал паренек, вскочив на ноги. – Н-но я думал, вы сможете управлять маршевыми двигателями. Я проложил новый курс, и все, что остается, это поменять вектор тяги для маневра.
– Ну да, мы можем управлять двигателями, как же, – Рейджин поморщился. – Можем, когда сопла можно отклонять, – он вскинул руку, сжимавшую пустоту. Мой бластер. – Будьте добры, доктор, – он сделал резкое движение невидимым стволом. – Искренне желаю – и настоятельно вам советую! – чтобы вы и на самом деле оказались химиком.
Мы – я впереди, он сзади, с бластером в руке, – проследовали к машинному отделению. Он жестом приказал мне войти, и мне ничего не оставалось, кроме как повиноваться. Меньше всего мне верилось в то мгновение в мое бессмертие.
Вокруг махины двигателя – почему-то он показался мне вдвое больше обычного – сгрудились захватившие корабль альдебаранцы. При нашем приближении люди расступились, и взгляду открылась полупрозрачная зеленая масса.
– Скандалли! – дошло до меня. – Так вот что он имел в виду, угрожая вам в шлюпке. Вот, значит, что за шорох я слышал за переборкой во время мятежа.
– Угу. Этот чертов засранец заперся здесь почти на час. Один из загрузочных трубопроводов проходит совсем рядом с топливным баком. Короче, он сделал так, чтобы это дерьмо попало в движок. Хорошо хоть, оно загустело довольно быстро и не затопило весь корабль. Впрочем, толку-то с этого…
Блестящая масса, как и ожидалось, была тверда, как металл двигателя.
– Боюсь, удача вам изменила, Рейджин. Без подвижных сопел вам траектории не изменить, и из того, что мне известно про вискодий, вам их от него не отчистить. Этот корабль будет продолжать лететь к Солнцу.
– Корабль, может, и полетит, – безмятежно ответил он. – А вы нет.
Выражение лиц собравшихся мне не понравилось.
– Но вы же дали слово! И мне казалось, если кто и держит свое слово – так это вы!
– Мне очень жаль, доктор, но это как раз такой случай, когда я вынужден отступить от своих обещаний. Мы отдали большую часть нейтронного топлива этим, в спасательном боте, а на необитаемую систему нам никак не высадиться, если мы к ней не подойдем вплотную. Если мы окажемся в Солнечной системе, возможно, мне и удастся придумать что-нибудь правдоподобное про Стегго и его офицеров, а также пятерых членов команды, которых продырявили из шмоблеров. Беллью меня поддержит. Его офицерские показания тоже внесут свою лепту. Если мы все будем говорить правильно, и, если Стегго к этому времени еще не выловят, нам, возможно, и удастся выкрутиться. Но вы здесь человек чужой. Мы не можем положиться на то, что вы внезапно не вспомните наставления своего преподавателя по правоведению. Нет, вы или очистите двигатели, или станете первым заранее запланированным трупом.
В спину мне больно уткнулось сразу несколько стволов.
