Наши дни. Подмосковье, февраль. Поздний вечер, а до дома ещё далеко, и в туалет ужасно хочется! Что делать культурной девушке двадцати пяти лет? Конечно, искать хоть одно открытое заведение и использовать его по назначению. Казалось бы, ну чем это может обернуться…
«Псих ненормальный!» – только подумалось, а руки уже автоматически выворачивали руль. В средней полосе грязная белая газель с очень отрешённым водителем таранила выстроившуюся на светофоре пробку. Мозг отказался воспринимать звук удара, лязг, скрежет и защитной реакцией выдал вполне прозаическую мысль: парковаться теперь придётся фиг знает где… И тащиться до дома пешком. Рыжие фонари давали немного света, февральский вечер, весьма холодный, не вызывал желания долгих прогулок, и Катя, вжимая голову в плечи, торопилась поскорее добраться хотя бы до какой-то промежуточной точки: мало того, что она замёрзла, из-за сырого промозглого ветра очень неромантично хотелось в туалет. Вообще романтикой ни вокруг, ни в душе не пахло. Лавируя между кусками отколотого льда и трещинами асфальта, девушка пыталась высмотреть хоть одно открытое заведение, куда можно было бы забежать. Вывески уже не горели, шарики-сердечки уныло бились о перила у закрытых дверей. О! Вон, кажется, там открыто. Вывеска «dot G» призывно мигала. За секунду испытав целый коктейль эмоций – разочарование, стыд, брезгливость, Катя потянула на себя дверь и стремительно вошла внутрь. Биология победила социальную надстройку. Внутри оказалось на удивление… приятно. Никакого неона и бросающихся на тебя латексных причиндалов: теплый свет, тепло (тепло!!!), читающая книгу (книгу?! Бумажную книгу, серьезно?!) женщина средних лет и вполне интеллигентного вида за стойкой кассы.
– Простите, где у вас туалет? – Катя уже была не способна разводить сантименты и стесняться. Цель вижу, в себя верю.
– По коридору прямо, потом направо, потом еще раз направо, потом налево, там вторая дверь. – Не поднимая глаз от книги, ответила продавщица. … Идя к выходу, Катя, согревшаяся и с успокоившейся душой, отметила, что магазин изнутри оказался больше, чем виделся снаружи. И тут, уже на подходе к двери, девушку догнала её воспитанность: нельзя уйти из магазина, ничего не купив, если уж ты воспользовался местным… ну, в общем, понятно. Краснея – и проклиная себя за это, Катя подошла к продавщице:
– Извините, пожалуйста. А… что у вас… – Она ломала голову, какой же товар можно спросить в таком магазине, но все внутренние голоса предательски замолчали, и в уме царила звонкая пустота. Продавщица отвлеклась от книги – без раздражения, без снисхождения, а со вполне милой и участливой улыбкой. Добрым взглядом – не оценивающим! (голоса в голове вернулись – и посыпался град комментариев) – окинула девушку.
– Здравствуйте. Сегодня 14 февраля, уже довольно поздний вечер, а вы здесь одна и очень растеряны. Я понимаю (Господь всемогущий, продавщица – профессиональный психолог?), что вас сюда привело и почему вы не можете просто уйти (да? ну так отпусти меня!). Если вы сейчас уйдёте и ничего не купите, то потом еще неделю будете себя грызть за это (Откуда. Ты. Знаешь?!). И хотя наш ассортимент весьма специфичен, у меня есть товар для вас. (ТТТТ) Вот, пожалуйста, жвачка. С вас 50 рублей.
Катя вздохнула, не скрывая облегчения, и вытащила из кармана мятый полтинник. А продавщица убрала деньги в кассу и продолжила:
– И поскольку вы сегодня наш первый клиент, вам полагается подарок: минута в очках дополненной реальности.
Катя усмехнулась про себя: ну да, конечно, даже в секс-шопах сейчас виртуальная реальность. И из чувства такта (или страха отказать, вбитого в голову с самого детства), не задумываясь о том, какого жанра фильм ей предлагают, надела очки. Ничего не изменилось. Те же полки, та же продавщица – только женщина опять погрузилась в чтение. Вдруг Катя услышала шум мотора. (Интересно, дверь что ли кто-то открыл – тишину до этого нарушал только монотонный гул то ли кассы, то ли лампочки). Входная дверь была закрыта. Из коридора показался автомобиль… стоп. Из коридора. Обычная девятка. Серая. Из коридора. Выглядело это совершенно естественно: серая девятка в натуральную величину затормозила рядом с девушкой. Жар от металла размазывал воздух над капотом: машина ехала издалека долго. Переднее пассажирское стекло (тонированное, конечно) опустилось – и из машины девушку осияли улыбками два парня. Открылась задняя дверь – и три сексапильных блондина с выраженьем на лице, весьма приличествующим случаю, показали намерение подарить Кате незабываемый вечер. Девушка настолько была ошарашена представившейся ей картиной, что онемела и замерла. Ближайший к ней парень протянул в её сторону мускулистую руку и снизу вверх (он ещё сидел в машине, хотя уже перекинул одну ногу, собравшись выходить) взглянул ей прямо в глаза. И в этот момент Катю пронзила молния. Вернее, две сияющие голубые молнии. Метафорически, конечно, но ощущение было именно такое. Не имели значения торсы, улыбки, какие-то слова (вроде слова тоже звучали). Имел значение только взгляд – полный доброты и внутренней боли.
– Время сеанса истекло.
Картинка исчезла. Никакой девятки, никаких парней, продавщица убирает очки под стойку:
– До свидания!
