– Катамаран, – согласился я. – Ты ведь робинзонить не собираешься?
– Так не на острове же. Конечно не собираюсь. У меня ведь с собой практически ничего нет. Еще и озабоченных кругом – пруд пруди. Дикие все какие-то. Боюсь, мне тут одной не выжить. Может, возьмёте меня с собой? – с надеждой в голосе спросила Тияна.
– Ну не бросать же тебя! – ухмыльнулся я, – Ты же вся такая особенная и для здешних людей непривычная. Один только рост сразу привлекает внимание. Да ещё и лицом пригожая. Ничего удивительного, что пастухи к тебе так активно потянулись, что пришлось отбиваться и бежать. Однако, боюсь, что и мои спутники поступят точно так же: потрогать захотят. А что ты хочешь? Древние люди – простые нравы. Но, надеюсь, братишку я от решительных действий удержу. А вот от тамкара тебе придётся отбиваться самостоятельно. Как ты там с пастухами: промеж глаз – и тикать?
– Тамкар – это ваш старший? – девушка мотнула головой в сторону нашего судна.
– Да. Бритый такой. Он крепкий дядька. К тому же торговый представитель храма. Но сама понимаешь – у нас, как в армии: он начальник, я дурак. Прикажет – придётся отвесить тебе тумаков. Так что лишний раз не нарывайся.
– М-да, действительно: какие люди, такие и нравы. Неужто втроём на слабую девушку кинетесь? Ну и ну… Хотя, меня не так-то просто отмутузить, – усмехнулась долговязая.
– Так не голыми руками, – обратил я внимание собеседницы на длинную палку в своих руках. – К тому же тамкар нас немного натаскивал действовать ею в боевой обстановке. – Может, и не так искусно, как учили монахов Шаолиня, но постоять за себя, за него и за товары мы способны. Так что до конфликта дело лучше не доводить.
– Ну, вы вообще звери: на безоружную – да ещё с дрынами? С кем я связалась? Дикари, да и только. И как меня угораздило провалиться в этот варварский век, где к женщине относятся хуже, чем к рабыне? Ладно. Надеюсь, до конфликта, всё же, не дойдёт. И вообще, мне бы сейчас напиться, да вымыться. А то так есть хочется, аж переночевать негде. Да и в горле саднит так, словно песка насыпали.
– Я смотрю, ты за словом в карман не лезешь. Умыться можешь и здесь. Водички попить – тоже: река, чай, не купленная. Насчёт остального – подумаем.
– Насчёт умыться я и сама бы сообразила. Насчёт вымыться: судя по царящим здесь диким нравам, лучше сделать это на стоянке, да под охраной. А вот насчёт попить сырой водички – здоровье дороже. Это ты тут в местного попал. А у них желудки лужёные. Думаю, и гвозди переварят. Не забывай, что я из двадцать первого века. Иммунитет совсем не тот. Мне только кипячёную воду можно. Иначе подхвачу тут какую-нибудь заразу – и адью.
– Ну что же, тогда пойдём знакомиться с командой. Чайком тебя чуток попозже угощу. А насчёт купания: как пристанем к берегу по необходимости, так и решим вопрос. Только я должен дров принести, – быстро наломав сухих сучьев, которые всегда встречаются в нижних частях древесных крон, я взял их в охапку вместе с неразлучной палкой и двинулся к катамарану. Тияна пошла следом.
Разумеется, и Шаят, и Хап уставились на неё с неподдельным изумлением, однако чего-либо определённого не предпринимали. Просто пялились. Я назвал всех по именам, наскоро проведя процедуру знакомства, и, пока мои попутчики не успели совершить ничего предосудительного, подал команду отчаливать от берега. Так уж сложилось, что в экипаже за перемещение отвечал я, а Шаят предпочитал общаться с местными жителями и вести торг. Мы не одно только зерно везли. Были у нас и ткани, и немудрёные украшения. Серебром нам платили очень редко, но давали и мясо, и кожи, и шкуры. Всего помаленьку, но регулярно. Овечий сыр, финики, овощи – мы хорошо питались, а на камбузе чаще других трудился Хап.
Он и принялся потчевать пассажирку немудрёным угощением, а я переводил их разговоры. До меня как-то внезапно дошло, что эту Тияну приняли не иначе, как за богиню. Народ-то здесь верующий! И богов с богинями в пантеоне около полусотни. Я из них только троих выучил, да ещё про четвёртого краем уха слыхал.
Девушка держалась сначала насторожённо. Однако, от угощения отказываться не стала: основательно поела, да и заснула позади мачты в левом корпусе прямо поверх груза. Ветер сегодня нам благоприятствовал, поэтому мы не гребли, а шли, увлекаемые парусом по привычно извилистому руслу.
