«Вот-вот наступит счастье» является продолжением романа «Наивный наблюдатель». Зимин принимает участие в эксперименте с ложной памятью. Он попадает в странный город, где запрещены занятия наукой. Населению обещают практическое бессмертие. Не всем это нравится. Зимин привык относиться к любым абсурдным обещаниям с иронией. Но вдруг становится сторонником нового эволюционного скачка. Более того, получает важный пост в организации, напоминающей по функциям инквизицию. Его задача теперь — выявлять недовольных предстоящим бессмертием.
Эликсир молодости (бессмертия) — вещество, обладающее свойством омолаживать человеческий организм, продлевая его жизнь до бесконечности.
Информация
«Неплохо бы выяснить, что заставило меня оказаться в этом безвкусно разукрашенном автобусе, который мчит на огромной (для автобусов, само собой) скорости по великолепному четырехрядному утреннему шоссе»? — подумал Зимин и не нашел удовлетворительного ответа.
Путь пролегал сквозь неухоженное, давно запущенное арендаторами поле, единственным украшением которого были многочисленные неопрятные кучи бытового мусора, беспорядочно сваленные злоумышленниками на обочинах дороги. Возле некоторых из них толпились полицейские и следователи в гражданском, они пытались найти улики, которые помогли бы выявить и отловить нарушителей экологической конвенции. Странное желание нагадить при любой возможности, ставшее в последнее время столь популярным, требовало объяснения. Утилизаторы мусора установлены на каждом углу, но нет, вновь и вновь находятся энтузиасты, которым не лень вывозить мусор за пределы города и разбрасывать вдоль дороги, по которой состоятельные люди отправляются за счастьем. Наверняка эти действия не были связаны с личной выгодой, скорее, наоборот. Зимин знал, что не все человеческие поступки определяет примитивная жадность. Встречаются и другие побудительные мотивы.
«Конечно, я и сам не всегда поступаю правильно, — подумал Зимин с иронией. — Скорее всего, дело в том, что я чрезмерно любопытен. Слишком много хочу знать. И, увы, это так часто не совпадает с целесообразностью и здравым смыслом. Мне не хватает серьезности. Вот и ответ на вопрос, почему я оказался здесь, в автобусе».
Несколько минут он обдумывал свою догадку, а потом успокоился. Трудно бороться с предрасположенностью. Без интереса к жизни нельзя стать писателем. Этот довод перевесит любой другой. Да и непонятно, как заставить себя отказаться от любопытства. Зимин считал, что таким родился, и тут уж ничего не поделаешь.
Иногда непреодолимое желание сунуть нос в чужие дела приносит пользу. Как, например, на этот раз, когда он отправился на экскурсию в Зону досуга. Нет, сам он в казино не играл, но увидел много интересного. Азарт — сильное чувство. Запах легких денег делает человека по-настоящему естественным и открытым. Зимин любил наблюдать за поведением людей в моменты наивысшего эмоционального напряжения, пытался понять и запомнить их повадки. А проигравшиеся такие чудесные жизненные истории рассказывают, что только успевай записывать и в тексты вставлять.
В салоне было тихо. Зимин с интересом рассматривал усталых, изможденных пассажиров автобуса. Одни из них спали с открытыми ртами, запрокинув головы вверх, словно перед тем как заснуть, напряженно разглядывали что-то на потолке автобуса. Другие тупо смотрели в окна или пытались делать вид, что смотрят, но получалось это крайне неубедительно, потому что глаза их предательски слипались. А что увидишь через закрытые веки? Ничего удивительного, последние дни и ночи, полные страсти, нервотрепки и треволнений, они провели за игорными столами в казино, пытаясь поймать за хвост птицу удачи. Зимину странно было видеть этих людей опустошенными и неподвижными, совсем недавно они были другими — потными, алчными и возбужденными, готовыми на все ради призрачной надежды на успех. Выигрыш даже самой скромной суммы заменял им смысл жизни. Об этом стоило подумать.
Три места были пусты. Говорят, что те, кому повезло по-настоящему, не возвращаются. Рвется тонкая связь с прежней жизнью. Почему?
Автобус благополучно приближался к возвышающейся на горизонте громаде многоэтажных зданий города. Дома были построены так близко друг к другу, что с расстояния нескольких километров жилой массив казался мрачной неприступной крепостью. Что, конечно, было не так, народ в городе, как известно, проживает беззаботный и веселый, применять к ним военную терминологию было бы ошибкой.
Для Зимина путешествие в мир чистогана оказалось увлекательным и поучительным приключением. Не часто писатель, тексты которого не рассчитаны на массового читателя, может позволить себе подобные развлечения. Спасибо тете Клаве, которая выделила необходимую для поездки сумму. Для чего ей понадобилось отправлять племянника в Зону досуга, осталось загадкой. Тете Клаве лучше других было известно, что Зимин к деньгам особой любви не испытывает.
Неужели она читает его книги? Зимин подумал, что неплохо бы написать о любителях литературы, скрытно помогающих несчастным писателям исполнять свой долг. Понятно, что писать нужно не о конкретной тете Клаве, а о могущественной тайной организации, целью которой является поддержка современной литературы. Для них это всего лишь каждодневная работа, которую сначала их предшественники, а теперь и они сами, выполняют на протяжении бесконечно долгого времени, год за годом, век за веком.
