- Кем я был в прошлый раз, тащ комиссар, Вы уже знаете. Не этим.
- Ну да, помню я твой рассказ. И?
- Вот тут подумал, вспомнил, как Серега Гришин, тот, что из Алушты был в группе, мне тогда на пароходе говорил, что у них в Алуште в троллейбусном парке чародеев не хватает. У него, если помните, отец там работает. В Крыму другой стабильной работы нет, там поток отдыхающих сезонный, а троллейбус ходит всегда. Мотаться же туда-сюда – это не по мне, я все-таки домосед порядочный. Мне абы что-то стабильное было, без встрясок и потрясений.
- Что ж, желание потрудиться мы всегда приветствуем. Крымский троллейбус – контора в тех местах уважаемая, земля под застройку у нее есть. А ты, Дора, куда планируешь потом?
- Туда же, куда и Гарри, только занятие другое найду. Учителем, например, или куда-нибудь еще.
- Тоже хорошо, – не выдал своего разочарования старый чекист. – Если что, поможем устроиться.
- Спасибо, тащ комиссар. За все спасибо.
- Не за что, Гарик. Не за что. Ну ладно, – пожал мне руку товарищ комиссар. – Идите, молодежь, собирайтесь. Насовсем не прощаюсь, даст Бог, еще увидимся!
Добравшись до гостиницы, мы наскоро собрались, а потом поехали на метро на Курский вокзал.
Поезд уже нас ждал, так что мы зашли в купе, рассовали вещи по полкам и стали коротать время в ожидании отправления.
Фирменный поезд «Крым» сообщения Москва-Симферополь по комфорту не отличался от международного. Окраску он, однако, имел не традиционную для пассажирских вагонов зеленую, а темно-вишневую с отливом, а надпись «КРЫМ» ярко горела надраенной бронзой на вагонных бортах.
Но вот настало время отправления. Громко свистнул электровоз, и вокзальный пейзаж за окном чуть дернулся и поплыл. Снова едем, и снова в неизвестность. Как здесь живется в Крыму?
[101] В описываемой истории никогда не существовало гордых и самостийных прибалтийских государств, всех трех сразу, в связи с чем города и станции никто не переименовывал. Поэтому на здешних картах вместо Вильнюса, Даугавпилса и Резекне присутствуют Вильно, Двинск и Режица соответственно.
[102] В этой версии истории польское государство после войны не воссоздавалось, будучи разделено между СССР, ГДР и Чехословакией. Поэтому Привислинский край в виде Варшавской и Лодзинской областей находится в составе СССР, и граница от Бромберга почти до Ченстоховы проходит по меже 1913 года, дальше район городов Ченстохова, Кельцы и Краков был в 1945 году передан Чехословакии.
[103] Имеется в виду автомобиль ГАЗ-14 «Чайка». В реальности производство их было прекращено в середине 80-х в рамках устроенной Горбачевым т.н. «борьбы с привилегиями», здесь же ввиду отсутствия Горбачева и его дурных инициатив, нет никаких причин прекращать уже развернутое производство.
[104] Имеется в виду Московско-Окружная железная дорога, построенная в 1908 году и служившая до революции городской чертой Москвы. В настоящее время утратила свой статус, превратившись в подъездной путь без пассажирского движения, однако существует проект перестройки линии в кольцо внутригородской электрички.
[105] В описываемом мире портрет И.В.Сталина изображен на денежной купюре номиналом 100 рублей, самой большой из существующих. Последняя на данный момент денежная реформа проводилась в 1988 году под руководством П.М.Машерова
====== Глава двадцать восьмая. Страна дешевого портвейна ======
Нет, не так уж плохо все у нас,
Есть еще в душе надежда,
Я еще увижу глубину небесных глаз,
Я еще спою, как прежде:
«Родная, не плачь,
Родная, не плачь,
Моя родная, не плачь,
Ты слышишь, родная, не плачь…»
ЧайФ «Родная, не плачь»
Утром следующего дня нас разбудил солнечный луч, заглянувший в окно нашего купе.
Пейзаж кардинально поменялся, вместо подмосковных домов и заводов, а затем среднерусских полей и лесов теперь была видна бескрайняя степь с полосками тополей, зеленые поля до горизонта и цветущие там и сям дикие маки.
Промелькнула станция, на вывеске успел прочитать «ПАРТИЗАНЫ». Значит, уже скоро Крым, за ночь проскочили от Орла до Мелитополя. Вот что значит, никаких границ нет, таможен нет, укры вместо Киева скачут на майдане в Лондоне, здесь же даже «мова» не в ходу, ибо нет никакой Украины как отдельного региона. Области, края – и не более того, даже тому, что после войны осталось от бывшей «вильной Галичины», и то в автономии отказали. И вообще, как я уяснил из школьного курса истории, здесь имперские настроения всячески поощряются, а любых местечковых самостийников нещадно давят, даже отдельная статья в Уголовном кодексе на этот случай имеется. За участие – двадцать лет по ленинским местам, за активное участие или организацию – высшая мера соцзащиты, примерно так же, как в свое время тут Иуда Меченый получил. Со своей стороны могу только одобрить, навидался я за двадцать лет своей прошлой жизни той самой пресловутой буржуинской дэмократии, так навидался, что больше как-то не хочется.
