-Сказал, что не подойду, - кивнул Фантони, - плетью обуха не перешибешь, что против рожна-то прати?
-А не мог ли ты потом разозлиться и...
Франческо лучезарно улыбнулся.
-И бросить его бычью тушу в колодец? - шельмец захохотал в голос, потом резко умолк и с жесткой серьезностью, выглядящей, впрочем, горше любого шутовства, ответил, - не мог. Тяжеловат бугай был. Не хватало ещё грыжу нажить из-за дурака-то.
-Почему дурака?
-Потому что простых вещей не знал. Девица, она как удача, догоняй её - убежит, но не зови, не жди и даже не замечай вовсе - она обидится и придёт... Да ещё и на шее повиснет, - расхохотался гаер.
-Фантони пьяный с восьми вечера валялся, я видел его, Венафро сказал, он высадил бутылку. Его вот этот господин, - он указал на Альбино, - с его слугой отволокли в шатер, где пастилой торговали, - уточнил Монтинеро. - А Грифоли был на скачках, потом танцевал с девицами, и мимо храпящего Фантони пару раз проходил, а пропал вскоре после восьми.
- Мессир... мы нашли... - к столу подошел человек, укутанный в войлочный серый плащ, он протолкнул впереди себя девицу, явно перепуганную, но весьма миловидную, одетую в платье горничной и чистый передник. - Ее видели около колодца вчера в половине девятого.
Девушка, несмотря на испуг, а может, именно из-за него, ударила по руке человека в сером и отпрыгнула, завизжав:
-Не видела я ничего, не было там его, не было, врёт она, просто ворот чёрт держал, вот я и испугалась...
Подеста умел обращаться с челядью.
-Уймись. - В его голосе, спокойном и сумрачном, таилась такая угроза, что девица умолкла, сжалась и даже голова ее, казалось, ушла в плечи. - Отвечай только на мои вопросы, поняла? - Горничная смотрела на него как кролик на удава и только кивнула. - В котором часу ты была у колодца?
Девица набрала полные легкие воздуха, выдохнула, Альбино ждал истерики, но горничная заговорила тихо и рассудительно, глядя в землю:
-Синьор Ринальдо сказал, что на колокольне церковной уже половину девятого пробило и надо наполнить тазы для вечернего умывания в комнатах приезжих господ. Я и пошла, но ворот чёрт держал, я испугалась и убежала.
-А кто тебя видел у колодца?
-Не у колодца... Синьора Руфина, домоправительница, она спросила меня, что это я по двору без дела с пустым ведром шляюсь? На знатных господ, мол, поглядеть? Так мое ли это, мол, дело? А я за водой вышла, синьор Ринальдо велел...
Подеста поднял глаза на горничную, пронзил её взглядом и махнул рукой человеку в сером. На лице его возникло то же самое выражение, с каким он озирал Альбино.
- У колодца никого не было?
Девица покачала головой. Подеста поскрёб дурно выбритую щеку.
-Стало быть, в восемь он пропал с поляны, а в половине девятого был уже в колодце. Полчаса в темноте...- он пренебрежительно махнул на девицу и её отпустили.
Появился ещё один человек в сером плаще и тоже прошептал что-то на ухо подеста. Глаза Корсиньяно плотоядно блеснули.
-Что? Это точно? Однако... И он мне ещё выговаривать будет... - губы подеста зло перекосились и нервно дернулись, - ты слышал, Энцо?
-Что именно, мессир? - Монтинеро не мог слышать сказанное на ухо Корсиньяно, но указывать на это не стал, просто вежливо склонив голову к подеста.
-В восемь с четвертью у колодца видели Паоло Сильвестри, Карло Донати и Никколо Монтичано. Они стояли у ворота и разговаривали. Слов свидетели не слышали, но то, что видели именно их, готовы поклясться на Четырех Евангелиях.
Епископ удивленно уставился на подеста, а Лоренцо Монтинеро встретился глазами с Корсиньяно и сощурился.
-Свидетели надежные?
-Вполне. Это... - глаза подеста заискрились, - Джироламо, местный конюх, и мессир Джованни Ручелаи. Они проходили, как свидетельствуют оба, спустя четверть часа после того, как били вечернюю зорю, садом, обсуждали итоги скачек и судейство, и тут у колодца увидели мессира Монтичано, которого видели на скачках, с друзьями - Паоло и Карло. Они все им прекрасно известны.
-Очень интересно...- Монтинеро обхватил ладонью подбородок, но было заметно, что губы его расплылись в улыбку. - Что же, остается только спросить, что они там делали...
-Именно это я и собираюсь сделать, - кивнул подеста. Глаза его сияли, лицо зримо помолодело. - Эта девка не врёт, - он кивнул в сторону виллы, и Монтинеро понял, что Корсиньяно говорит об отпущенной горничной. - В восемь он ушёл с поляны, половину девятого ворот на колодце уже не двигался, стало быть, он был внизу. А в четверть девятого у колодца видят его дружков,
В глазах Корсиньяно сверкнула молния.
Глава VII. Вердикт подеста.
"Людей Фабио Марескотти" было велено найти, не медля ни минуты, и приводить по одному.
