– А что ей магазин – старая рухлядь, которая еле на плаву держит – миллионы не приносит, летом еще как-то вывозит, а зимой совсем тухло – еле концы с концами сводим. Хорошо хоть в минус не тянет.
– А страховка большая?
– Хватит, чтобы переехать в город.
– И как ты хочешь его спалить, что бы никто ничего не понял?
– А вот это, мой дорого́й, уже на твоей совести – ты же у нас мужик, вот и покумекай своей умной головой.
– Пфф… – Шумно выдохнул Володя и недоуменно поскреб затылок пятерней. – Тут надо подумать.
– Ага, только не затягивай шибко… – Поднажала Алка. – Там еще с выплатой возни будет – замотаешься. До конца лета успеть бы…
***
Спустя два дня Вовка заехал в магазин и втащил через задний вход три железных канистры по двадцать литров каждая.
– А это еще что? – задрала бровь Алка.
– А ты все уничтожить хочешь – подчистую? – Хмуро отозвался Володя. – Водку, консервы и колбасу хотя бы припрячем. Глупо добро губить.
– Пхах… И ты думаешь, что у меня здесь столько водки имеется? Да тут от силы три-четыре ящика наберется… Я так много не держу – не универмаг.
Володя удрученно вздохнул и присев на канистру достал сигарету:
– Это сколько выйдет? В литрах если?
– Двадцать на три, по пол-литра – тридцать литров. – Профессиональным тоном продавщицы отчеканила Алла.
– Ты же сказала – четыре ящика?
– А народу я что продавать буду? Ты пока собираешься – мне мужикам родниковую воду предлагать, что ли? Ящик оставлю на реализацию.
– И надолго его хватит? – Погрустнел Вовка.
– Зависит от дней недели: на выходных полностью уйдет; на буднях – дня четыре.
– Так сегодня же четверг?
– Ага! Рекомендую поторопиться.
– Да чего ты гонишь-то? – Он огрызнулся. – Поспешишь – людей насмешишь!.. А в нашем случае – вообще, на нары загремишь!
– Ой, не надо только ныть, – закатила глаза Алка. – Тебя папка вмиг отмажет, не впервой, знаем. А вот ты сейчас полмагазина вынесешь, а потом я людям что скажу – неожиданно все кончилось и тут, случайно, магазин сгорел? Я же не совсем дура, Вова. Сделай так, чтоб никто не подкопался. Чем-то придется пожертвовать – не жмотничай.
– Тебе самой-то не жалко? Вы же за это заплатили уже?
– МНЕ! ИЗ ЭТОГО! НИЧЕГО! НЕ ЖАЛКО! – словно молотком по пальцам пробила неожиданно разъярившаяся Алка. – Ни одной копейки этой мрази!
– Ладно-ладно! Ты чего? Вон вся красная какая – выдохни уже!
Алла неожиданно сделала шаг к Вовке и прижав его голову к своему животу, начала с настойчивой нежностью теребить волосы руками:
– Володька, милый… Я так устала здесь… Забери меня, пожалуйста, а?.. Не могу я с этой мразью больше… Просто сделай все хорошо, и мы сможем уехать отсюда навсегда. Пожалуйста, хороший мой – ты же умный… И сильный… И храбрый… И…
– Ла-а-адно! – Вовка зарделся и обхватив Алку двумя руками схватился за ее ягодицы. – Солдат ребенка не обидит: сказал – сделает!
– Когда?
– Сегодня! Ночью будем вывозить.
– А куда?
– Есть одно местечко, сейчас поеду-гляну! – Он встал и собрался уходить.
– Володя…
– А?
– Ты же понимаешь, что, кроме нас двоих, об этом никто не должен знать? Здесь такие тайны долго не держат…
– Ты меня совсем за идиота не держи, да? В лесу все спрячем, в заброшенной сторожке.
– Ладно… Просто страшно мне до жути…
– Не боись, ты же со мной! – теперь уже Вовка притянул Алку к себе и смачно впился в ее губы. – Только завязывай уже про батю моего говорить – я сам по себе и мне никто не поможет, поняла? Вместе плывем – в одной лодке, вместе и потонем.
– Сплюнь, глупенький!
Вовка сплюнул и три раза постучал по лбу и, прихватив лишнюю канистру, вышел.
***
– Дядь Игорь, а здесь, вообще, охотники есть?
– Откуда ж, Вов? Я не любитель; Серега из двадцать четвертого тоже… У Валерки когда-то двустволка была, но он ее давно пропил…
– Ну а в соседних деревнях? На всю округу ни одного охотника совсем?
– А ты никак в охотники решил податься? – подхватила тетя Света, разливая душистый кроваво-красный борщ по тарелкам. – В армии не настрелялся, что ли?
– А почему нет? – Весело отозвался парень. – Стрелять я умею и люблю…
– А зверей тебе не жалко совсем? – Скуксила гримасу тетка, – У них же детки малые…
– Люди всегда охотились – это наша сущность и право сильнейших! – Гордо заявил Вовка. – В природе же как: либо ты охотник, либо добыча.
– Кто тут сильнейший? Ты попробуй на медведя без ружья выйди… – Усмехнулась женщина. -Да что там медведя – хотя бы на кабана с дубиной! Вот тогда ему и покажешь – кто тут сильнейший!
– А чего сразу на медведя? Я может на косулю собрался, или тетерева какова…
– Тебе что, жрать нечего? Люди охотились, чтобы есть. Вот тебе суп – жуй! – Вспылила Светлана. -А если так руки чешутся— завтра курицу заруби – тебе тетерев, а нам ужин. Хватит сил?
Володька нахохлился и, уткнувшись лицом в тарелку, с шумом начал хлебать горячий суп.
