Прошло уже шесть лет, с того момента, как я попал в тело чёрного вождя. Мне уже было 27 лет, а чёрной империи всё нет и нет. Лежащую за джунглями территорию Конго захватили бельгийцы во главе со своим королём Леопольдом 2, которые оказались ещё хлеще французов и устроили геноцид чёрного населения, губя их на огромных плантациях гевеи, на которых они собирали каучук. Там работали каратели собранные из белых авантюристов и дикарей со всей Африки.
То ли дело я, добрый и пушистый, как чёрный африканский носорог. Население Камеруна грабили и уничтожали немцы во славу капитализма и золотого тельца. Конго, как было уже сказано выше, угнетали бельгийцы, ну а Дарфурский султанат, и бывшее государство Нубия, а сейчас Южный Судан, было захвачено англичанами руками египтян, в войсках которых они занимали все офицерские должности.
Где-то дальше болтались голландцы и португальцы, отрывая от Африки свой кусок чёрного пирога и насыщая свои государства золотом, алмазами, и разными металлами, в пополам с продуктами сельского хозяйства, в виду расширения плантаций кофе, какао, и каучуковых деревьев.
Начали проникать отряды европейцев и сюда, но пока не дошли ни до Бырра, ни до Барака, что очень меня радовало, мой мешочек периодически пополнялся новыми алмазами, что приносили мои новые подданные и приносила к нам река. Были у меня уже и очень крупные, что могли украсить любую корону.
Но я их, что называется не светил, чтобы не привлечь жирных белых «мух» с европейскими чертами лица. К сожалению, из всех команд, что появлялись в поле зрения моих разведчиков не попадалось ни одного русского, а жаль, я наверно смог бы найти с ними общий язык.
Через три месяца, я решил отправиться в пробный поход в субтропические джунгли, что находились на границе моей территории и территории будущего Южного Судана… Чтобы не терять времени, я отправил две сотни во главе с Ярым в сторону Барака и дальше, в сторону столицы главного вождя народа банда, для разведки обстановки и захвата и перетягивании на мою сторону новых селений.
Сам, я тоже забрал с собой две сотни воинов. В Баграме и Бырре оставался Наобум с почти двумя сотнями воинов для охраны и тренировок и сельхоз работ, с которыми не могли справиться женщины. Попрощавшись с заплаканной Нбенге и почти годовалой дочкой, которая пускала пузыри и пыталась лепетать что-то на своём пока ещё детском языке, я отправился во главе своих двухсот воинов.
Дорога по началу была знакома и проходила через привычную уже мне саванну, но чем, дальше, тем больше появлялось отдельно растущих деревьев, а потом впереди показались невысокие горы, заросшие по самую макушку тропическими джунглями.
Временами в хорошую погоду, над ними были видны кучевые облака, наполненные под завязку влагою и постоянно щедро изливавшие эту самую влагу вниз, на вечно зелёные и дикорастущие джунгли.
Постепенно привычная мне засушливая местность сменилась на субэкваториальные джунгли, всё больше и больше пугая меня и моих воинов своей буйной растительностью. Наконец, мы подошли к самой границе джунглей и остались перед нею на ночлег, чтобы с утра отправится в неизвестную нам дорогу.
У нас был проводник, молодой негр, преодолевший путь до моего селения вместе со своей роднёй, из которой мало кто выжил, и которая сбежала из Дарфурского султаната, после того, как их селение полностью спалили египтяне и подстрекаемые ими враждебные им племена.
На него, я и надеялся, собираясь в этот поход и надеясь добраться до султаната и вернуться обратно живым. Пока это удавалось, но как пойдёт дальше, было неясно, но я, не собирался отступать от задуманного, стремясь к своей цели. Со мной был и верный мне пока Луиш, но с каждым новым событием, я убеждался, что он окончательно сделал выбор в мою сторону, очевидно являясь рабом своего тщеславия, которое было присуще и мне.
Переночевав на краю джунглей и слушая крики диких и наглых обезьян, многочисленных попугаев, что летали стаями вокруг нас, поднимаясь над верхушками деревьев словно живые волны, и снова опускаясь на ветки. Мы продвигались вперёд, прорубаясь через переплетения ветвей деревьев, кустарников и многочисленных лиан.
Попугаи, словно живя единым организмом и своей непонятной для людей жизнью, преследовали и сопровождали нас повсюду, как бы напрашиваясь в попутчики и одомашнивание. Кроме попугаев, нас преследовали, прячась в ветвях деревьев мартышки и прочие разновидности мелких обезьян. Временами мелькала шкура горного леопарда, но так и не напавшего на нас в виду нашей многочисленности.
Но больше всего здесь было змей. Большие и маленькие, сильно ядовитые и не очень, они были везде и изрядно пополнили мою коллекцию животных ядов. Не чурался я и растительных гербариев, как целебных, так и ядовитых. А ещё были разновидности ядовитых сколопендр, пауков, мелких скорпионов, лягушек и прочей ядовитой нечисти, и это ещё без насекомых, вроде малярийных комаров и мухи цеце.
