Скрип полозьев веселый слышу —Отзвук давней лихой поры!Я один наверху, всех выше,Я на санках качусь с горы!Ветер в варежках, снег в ботинках,Стужа лютая, злой мороз!И внизу, вон, соседка НинкаЧто-то шепчет себе под нос.Раз за разом лечу в сугробы!Нам по восемь неполных лет.Нинка смотрит за мною в обаИ снежки мне бросает вслед.Мне катиться под этим взглядомХоть по радуге — трын-трава!«Милый, родный, держись, не падай», —Вот такие ее слова.…Наши с Нинкой пути-тропинки —Вкривь и вкось. Мы сто лет назадРазлетелись, как две снежинки.Я вдали от ребят, от Нинки,Я в кольцо холодами взят.Я вершину руками трогал.Я на спуске увяз, пропал.Я в тумане ищу дорогу,Среди черных петляю скал.И беда уже бродит рядом,И звучит, что за черт, в ночиНинкин шепот: «Держись, не падай,Поднимайся, ползи, кричи!»Я от страха горланил песни,А она мне из мутной мглыТо махнет, то опять исчезнет,То срезает со мной углы.Белый омут, покой холодныйЗвал, цеплялся, дразня, маня.«Да шагай же ты, милый, родный!» —Нинкин крик поднимал меня.…Мне дают сухари на полдник.Я для Нинки прошу конфет.Как я в лагерь приполз, не помню,Нет метели и Нинки нет.Все смеются: «Меняй пластинку,Ты из вечных вернулся льдов!Да очнись ты, какая Нинка?Мы чужих не нашли следов!»Вот с бинтами подходит тихоИ зеленкой меня прижглаКатька, та, что у нас врачиха:«Это Нинка тебя спасла.Эх, счастливые вы, ей-богу!Столько помнить… Ты бредил ей.Будь здоров, дорогой Серега,Поправляйся, таблетки пей!»1997<p>«Слепого дождя заунывное соло…»</p>
