Так перестраховывался и зарабатывал политический капитал шеф КГБ Ю. В. Андропов на заключенном за деревянный забор Н. С. Хрущеве. Как нам сегодня известно, никаких секретных сведений военного и политического характера автор мемуаров не раскрывал. Однако спешно на заседании так называемой «ленинской коллегии», состоявшей из пенсионеров высокого ранга, 27 марта 1970 года Капитонову И. В. и Андропову Ю. В. поручили поговорить с Хрущевым Н. С. «в соответствии с обменом мнениями на заседании Политбюро ЦК». А обеспокоились власти тем фактом, что за границей неожиданно для них появился кинофильм, где Хрущев на даче у костра рассказывает собравшимся о своей жизни. Рядом с хозяином постоянно находится его верный страж — немецкая овчарка по кличке Арбат. За допуск на дачу посторонних лиц и съемки кинофильма комендант дачи Сергей Васильевич Мельников был снят, а вместо него назначен Василий Михайлович Кондрашов.
После получения докладной Андропова Хрущева вызвал в ЦК КПСС секретарь ЦК КПСС А. П. Кириленко, с приглашением на беседу секретаря ЦК КПСС П. Н. Демичева и председателя Комитета партийного контроля А. Я. Пельше. Троица потребовала от мемуариста прекращения диктовки воспоминаний. Мемуарист вспылил:
— То, что вы себе позволяете в отношении меня, не позволяло себе правительство даже в царские времена. Я помню только один подобный случай. Вы хотите со мной поступить так, как царь Николай Первый поступил с Тарасом Шевченко, сослав его в солдаты, запретив там писать и рисовать.
Вы можете отобрать у меня все: пенсию, дачу, квартиру. Все это в ваших силах; и я не удивлюсь, если вы это сделаете… Ничего, я себе пропитание найду. Пойду слесарить, я еще помню, как это делается. А нет, так с котомкой пойду по людям. Мне люди подадут. А вам никто и крошки не даст, с голоду подохнете…
А в то время материалы пленки и распечатки пересекли несколько границ и оказались в издательстве «Литлл Браун», которое согласилось воспоминания издать, но для подтверждения подлинности авторства переслало Хрущеву из Вены ярко-алую и черную шляпы с огромными полями, попросив автора в них сфотографироваться и прислать фотографии в издательство.
Сергей Никитич сфотографировал отца с одной шляпой на голове, а с другой — в руке. Благословение на публикацию материалов было получено.
А правительственные верхи все еще лихорадило, и они поручили побеседовать с Хрущевым председателю КПК А. Я. Пельше и членам комитета С. О. Постовалову и Р. Е. Мельникову. Беседу застенографировали Солозонова и Макарова. Привожу краткие фрагменты из нее.
Совершенно секретно
беседы с т. Хрущевым Н. С. в Комитете партийного контроля при ЦК КПСС
10 ноября 1970 года
Присутствовали: тт. Пельше А. Я.[3], Постовалов С. О.[4], Мельников Р. Е.[5] и т. Хрущев Н. С.
Т. ПЕЛЬШЕ. По поручению Политбюро мы пригласили вас в Комитет партийного контроля, чтобы вы дали объяснение по одному внешнеполитическому вопросу, связанному с вашими мемуарами, которые могут принести нашей партии и стране большой политический ущерб. Вы, возможно, в курсе дела, а может быть, и нет. По сообщению нашего посла в США т. Добрынина, 6 ноября в Нью-Йорке представители американского журнально-издательского концерна «Тайм» официально объявили о том, что они располагают «воспоминаниями Н. С. Хрущева», которые будут вначале опубликованы в журнале «Лайф», начиная с 23 ноября, а затем выйдут отдельной книгой под названием «Хрущев вспоминает». Книга будет пущена в продажу 21 декабря. На днях по линии ТАСС получена информация о том, что информационные агентства и иностранная печать широко муссируют эти сообщения о предстоящей публикации в США и ряде других стран Запада, в частности, в Англии, ФРГ, Франции, Италии, Швеции «воспоминаний Н. С. Хрущева».
Вы помните, что некоторое время тому назад у нас с вами была беседа у Андрея Павловича Кириленко, во время которой вам было сказано, что путь создания ваших мемуаров, связанный с вовлечением в это дело широкого круга людей, является непартийным. И тогда вы были предупреждены, что такой путь не исключает возможности утечки материалов. Вы видите, эта утечка материалов произошла, и в этой связи вы должны понять, что вы несете всю полноту ответственности за это дело.
Мы хотели бы заслушать ваше объяснение по этому вопросу и ваше отношение к этому делу. Может быть, вы прямо скажете нам, кому передавали эти материалы для публикования за рубежом.
Т. ХРУЩЕВ. Я протестую, т. Пельше. У меня есть свои человеческие достоинства, и я протестую. Я никому не передавал материал. Я коммунист не меньше, чем вы.
Т. ПЕЛЬШЕ. Надо вам сказать, как они туда попали.
Т. ХРУЩЕВ. Скажите вы мне, как они туда попали. Я думаю, что они не попали туда, а это провокация.
Т. ПЕЛЬШЕ. Вы в партийном доме находитесь.
Т. ХРУЩЕВ. Я никогда не был в Комитете партийного контроля. И в таком положении нахожусь впервые и в конце своей жизни, я уже не говорю деятельности. Деятельность моя окончена. И вы требуете от меня объяснения.
Т. ПЕЛЬШЕ. Правильно.
Т. ХРУЩЕВ. Я вам объяснил.
