Как бы в ответ на это заявление арестовываются сын и отец Кедровы, а затем и Я. Д. Березин. Березину предъявили обвинение в попытке покушения на Владимира Ильича Ленина, суть которого заключалась в следующем. В 1919 году в районе Сокольников шайка вооруженных бандитов остановила и угнала автомобиль, в котором ехал Ленин. Владимира Ильича и сопровождающих его лиц из машины высадили. Ленин при этом не пострадал. Грабители забрали лишь его личные вещи. Московские чекисты настигли и в перестрелке смертельно ранили главаря шайки Якова Кошелькова. При обыске у него были изъяты документы убитого сотрудника МЧК Королева, 63 тысячи рублей, бомба, два маузера и браунинг, а также личное оружие Ленина. Операцией по ликвидации банды руководил Березин, и потому Дзержинский именно ему и поручил возвратить браунинг Ленину.
Бериевские следователи в 1939 году обвинили Березина в том, что он передавал Ленину из рук в руки заряженный браунинг, и только-де бдительность личной охраны не позволила Березину совершить террористический акт против вождя пролетариата. Из Березина начали выбивать показания по методу «пятый угол»: в небольшой камере спиной к стене становились четверо палачей, низкий свет лампы под колпаком высвечивал только их сапоги. Измученного бессонницей и допросами арестованного надзиратели толкнули на средину камеры. Садисты ударами кулаков и ног стали кидать его от стенки к стенке с криками: «Мы бить не будем, если ты найдешь пятый угол!»
На втором сеансе Березин среди выкриков узнал голос следователя. Схватил палача за грудки и кулаком нанес ему удар в подбородок. Следователь на полу затих, а перенявший дело другой чекист открыл новое обвинение против Березина: «За нанесение телесных повреждений офицеру НКВД при исполнении служебных обязанностей». Березин дал отвод новому следователю, молчал на допросах, при пытках отвечал ударом на удар. Его освободили только по ходатайству Г. М. Кржижановского к Сталину. М. С. Кедрова же в 1941 году расстреляли.
Л. П. Берия впервые появился в Зубалово-4 в 1923 году. Сталин провел его на балкон второго этажа дачи и предложил кресло. Заговорили по-грузински. В то время Берия уже работал в ЧК Грузии. В конце 1931 года он неожиданно для многих возник на посту первого секретаря ЦК Компартии Грузии. Неожиданно для многих, но не для Сталина: вождь проверил его на многих ответственных должностях, в том числе и на работе в ВЧК — ОГПУ.
Берия умел ценить доверие и к шестидесятилетию вождя постарался выпустить книгу о Сталине, которую писали Малания Торошелидзе и Эрнст Бедия. Редактировал ее будто бы лично вождь, добавив соответствующие своему сану эпитеты. Затем Берия авторов казнил, зато сам был вознесен «величайшим человеком современности». По национальности мингрел, Берия стал единственным человеком, с кем Коба согласовывал многие кадровые вопросы.
Л. П. Берия поднимается по иерархической коммунистической лестнице все ближе и ближе к обожествленному человеку.
В 1936 году по просьбе Кобы Берия подыскивает в его дом воспитательницу, которая согласилась бы присматривать за оставшимися без матери Василием и Светланой. Среди десяти — пятнадцати предложенных кандидатур Сталин останавливает свой выбор на двоюродной сестре Л. П. Берия некоей Александре Накашидзе. Выбор получится под стать выбору невесты, сделанному Иваном Грозным в Александрове, где российский государь из двух тысяч красавиц выберет себе в жены недевственни-цу. Генсек в подобном случае выберет родственницу Л. П. Берия, которая проведет на сталинской даче шесть лет, вплоть до Светланиного совершеннолетия. Затем она благополучно вернется в Грузию и, по словам Серго Берия, счастливо выйдет замуж.
Однако самому Сталину она еду готовить не будет. Еда будет приготавливаться на специальной кухне. После приготовления ее станут проверять врачи, химики, дегустаторы и в специальных опечатанных пакетах доставлять к высочайшему столу.
Берия же предпочитал столоваться со своей дачи в Барвихе. Обильно приправленные травами блюда доставлялись ему в горшочках, которые затем подогревались на плитках. Более других приближенный к Сталину, он старался во всем подражать ему, мнил себя вторым человеком в государстве. И стал нарочно придумывать на соратников различные унизительные клички. Орджоникидзе у него слыл Вороной, Ворошилов — Индюком, Буденный, за страсть к лошадям, — Лошадиной Мордой, Ежов — Ужом, Маленков — Маланьей, Каганович — Кого Гогоничем, Хрущев — Хрущом, Булганин — Протодьяконом (за бороду), Шверник — Шиверником, Калинин — Козлиным, Молотов — Деревянной Задницей. И все это он позволял себе только потому, что сам Сталин Маленкова считал мягкотелым, Булганина — богообразным, Хрущева — заискивающим и хитрым, прикидывающимся простаком.
