В мае 1952 года готовился полет над Красной площадью нашей новейшей авиационной техники. Небо с утра было затянуто облачностью, дул шальной ветер. Непогода мешала полету, но расчет проводился лучшими штурманами с точностью до секунд, и Василий Сталин решился: «Летим!» — веря, что с заданием справятся все до одного.
Сам первым взлетел и точно прошел над Красной площадью. За ним следовала дивизия ТУ-4, которая растянулась на петле, в результате чего последний полк отстал на тридцать секунд и нагнать ушедших уже не смог. Самолеты полка летели на высоте шестисот метров, а навстречу ТУ вынырнула группа ИЛов. Оставшиеся ТУ вынуждены были развернуться и уйти на аэродром Монино, часть из них начала перемещаться друг за другом. Один из самолетов на малой высоте зацепил сосну да так и прилетел с ней на аэродром, другой обломал на машине трубку приемника воздушного давления. А два ИЛ-28 при посадке разбились. Только Алексей Микоян лихо пронесся над главной площадью страны.
В той напряженной обстановке Василий Сталин выдаст в эфир столь оглушительную фразу, что она долетит до всеслышащего отца. И последует последнее грозное распоряжение родителя: от полетов Василия отстранить и с должности командующего округом снять.
После парада состоится традиционный обед на даче И. В. Сталина, где будет присутствовать все Политбюро и командование ВВС. На прием обескураженный Василий Иосифович явится подшофе, и отец распорядится вывести его из помещения и послать служить в самую дальнюю часть во Владивосток.
Однако письменного приказа на устное заявление не последовало. А дальше на одном из правительственных приемов Василий подойдет к дважды Герою Советского Союза Ворожейкину и скажет: «Мы с папашей просим тебя выступить от летчиков. Пойдем к отцу». И пойдут между столами в два ряда к тому столу, что во время правительственных приемов стоит поперек Георгиевского зала. Но вдруг (ах, как не к месту было это «вдруг»!) им путь преградит протянутая рука Берия. Василий со злостью ударит по преградившей руке и скажет Лаврентию: «П….! Вечно ты лезешь!»
В. И. Сталин попросит Ворожейкина высказать свое собственное мнение о сегодняшней ситуации в авиации. Арсений Васильевич сядет за стол собраться с мыслями, но пожилой сотрудник из команды Берия начнет умолять его не выступать. Просить, как отец сына, не выступать. И А. В. Ворожейкин выступать не станет.
Осенью 1952 года В. И. Сталин поступит слушателем авиационного факультета Военной академии имени К. Е. Ворошилова. Но к занятиям так и не приступит, Вечером 1 марта 1953 года он позвонит отцу, трубку, к его удивлению, никто не поднимет. Через некоторое время он позвонит снова. К телефону подойдет дежурный офицер и скажет, что Иосиф Виссарионович отдыхает. Около четырех утра Василий позвонит снова. Сыновье сердце почувствовало неладное. Ответит Берия: «Товарищ Сталин устал. Ему надо отдохнуть. Вам приезжать не надо». И в трубке раздадутся короткие гудки.
Василий попадет к отцу только утром 2 марта. Все происшедшее с Иосифом Виссарионовичем он сопоставит только по разговорам обслуживающего персонала вождя, происходящим в служебном помещении. Василий узнает, что отцу не была своевременно оказана медицинская помощь (примерно тринадцать — четырнадцать часов он лежал без врачебного осмотра), ему не была сделана и необходимая операция.
Все это наведет Василия Иосифовича на мысль, что его отцу «помогли» уйти. Разумеется, много в рассуждениях Василия Иосифовича окажется спорным, однако подозрения его были не без оснований, ибо совпадали с рассказом майора в отставке А. Т. Рыбина, опубликованным в журнале «Социологические исследования» № 3 за 1988 год.
9 марта состоятся официальные похороны И. В. Сталина, а 26 марта генерал-лейтенант авиации В. И. Сталин будет уволен из Советской Армии по статье 59, пункт «Е», без права ношения военной формы.
Тридцатидвухлетний генерал-лейтенант авиации прослужит в армии 14 календарных лет и 4 месяца, что в льготном исчислении составит 30 лет и 4 месяца. Ему будет установлена пенсия 4950 рублей в месяц плюс единовременное пособие в размере шести окладов.
Василий с произволом не смирится. 23 апреля 1953 года приедет в штаб ВВС заплатить партийные взносы, их у него не примут. Из парткома он позвонит министру обороны маршалу Булганину, но тот от разговора с Василием откажется.
По выходе из штаба Василий встретит на улице трех курсантов из Севастополя, прибывших в Москву для участия в майском параде. Пригласит их к себе домой на Гоголевский бульвар. Угостит. Покрутит им кинофильмы, поиграет в бильярд, отдаст почти все наличные деньги и затем отвезет в подразделение на Ходынское поле. 28 апреля его арестуют.
По уверениям Серго Микояна, арестуют за то, что Василий ходил в посольство КНР, говорил там, что отца убили, страну ведут в пропасть и упрашивал посла КНР выдать ему визу на жительство в Китай, под покровительство Мао Цзэдуна.
