Возлюбленная колдуна полностью

— Мы с мисс Лаурой приготовили тебе сюрприз. — Коннор взял Меган за руку и по­вел ее к собаке, устроившейся в углу кухни. Он остановился рядом с собакой и поднес к ней руку Меган. У него сжалось сердце, когда он почувствовал полное доверие девочки к нему.

— Что это? — спросила Меган, погружая маленькую ладошку в мягкий мех.

— Собака.

— Собака! — Меган обняла руками пса за шею и прижала лицо к густой белой шерсти. Животное перенесло прилив нежности со сто­ическим спокойствием. — Я никогда в жизни не дотрагивалась до собаки. Она такая мягкая и теплая!

Лаура стояла в тени дверного проема, как будто сторонилась дневного света, лившегося сквозь окна в комнату.

— Меган, может быть, эта собака не ос­танется у нас.

— Почему? — спросила Меган, поворачи­вая встревоженное личико к Лауре.

— Возможно, она принадлежит кому-ни­будь. — Лаура обхватила себя руками. — И нам придется вернуть ее хозяевам.

— Но до тех пор мне можно играть с ней?

— Конечно. — Лаура взглянула на Коннора, и он увидел сомнение и страх в ее глазах, — но ты должна помнить, солнышко, что, воз­можно, она не останется у нас.

— Хорошо. — Меган повернулась к собаке. Выражение ее лица было слишком серьезным для семилетней девочки. — Мы с тобой будем играть, пока тебя не заберут.

— Сейчас нам не удастся поиграть с ней, Меган, — сказал Коннор, поднимая девочку на руки. — Она хочет есть.

— Бедная тварь, похоже, не ела много дней, — произнесла Софи, стоявшая в дверном проеме рядом с Лаурой и смотревшая на Ме­ган и их мохнатого гостя.

— Как вы думаете, я правильно поступи­ла? — спросила Лаура, не отводя взгляда от пса.

— Конечно, правильно. — Софи похлопала Лауру по руке. — Я уверена, что Дэниэл найдет ее очаровательной.

— Если только она не станет есть мясо, предназначенное для стола хозяина, — заме­тила Фиона, поставив перед зверем миску с на­резанным кусками мясом. — Я пошлю кого-нибудь из мальчиков на рынок, чтобы купили ей нормальную еду. Кроме того, я думаю, что нашу маленькую леди нужно помыть, прежде чем она станет у нас жить.

Собака подняла глаза от миски, доверху наполненной кусками мяса, глядя на Фиону так, как будто она понимала каждое слово экономки, и ей вовсе не улыбалась мысль о предстоящем купании.

— Я вымою ее, — сказал Коннор, сидев­ший у стола с Меган на коленях.

— Что вы, сэр, зачем вам заботиться! — Фиона открыла духовку, и кухню наполнил аромат свежеиспеченного имбирного пряника.

Коннор улыбнулся пожилой женщине.

— Я могу отведать пряника, а затем ис­купать ее.

— Как вы думаете, собака сможет остаться у нас? — спросила Меган, подняв на него боль­шие голубые глаза, которые видели только очертания предметов. Такие красивые глаза, и такие бесполезные!

— Не знаю. — Коннор погрузил руку в темные мягкие волны волос девочки, дотро­нувшись пальцами до кожи на ее шее. — Но даже если она здесь ненадолго, вы можете стать друзьями.

Меган радостно улыбнулась.

— Да, конечно, мы можем подружиться, правда?

— Да, можете. — пальцы Коннора двига­лись вверх, ощупывая ее головку и определяя больное место — след, нанесенный лихорад­кой. Все обстояло так, как он подозревал.

— У меня есть кое-что для тебя, Меган. — Коннор опустил руку в карман и достал па­кетик с леденцами. — Мисс Лаура говорит, что ты очень любишь лимонные леденцы.

— Люблю! — девочка прижала пакетик к груди. — Спасибо!

Коннор чувствовал доверие Меган, такое же светлое и теплое, как солнечные лучи, про­никающие сквозь оконные стекла и ласкающие ему спину. Глядя, как она открывает пакетик с леденцами, он затаил дыхание, поняв, какое решение должен принять: он сможет исцелить Меган, он сможет вернуть Меган зрение.

Коннор поднял глаза, встретившись взгля­дом с Лаурой. Она следила за ним, улыбаясь, и никакой злобы не осталось в зеленых глу­бинах глаз, смотревших на него теплым взгля­дом, ради которого он преодолел тысячу лет.

Будет ли она смотреть на него с таким же радушием, когда узнает, кто он такой? Если он прибегнет к своему дару и сотворит то, что эти люди сочтут чудом, не станет ли Лаура боять­ся его еще больше, чем боится сейчас?

— Я не уверена, что мы должны были это сделать. — Лаура стояла в дверях ванной Кон-нора, наблюдая, как он втирает мыло в густую белую шерсть собаки, наполняя воздух острым ароматом сосен и трав.

— Ты думаешь, что ей не нужна ванна? — Коннор с закатанными до локтей рукавами рубашки стоял на коленях рядом с ванной в луче света, струившегося через окно ком­наты. Его черные волосы курчавились во влажных волнах пара, поднимающегося над ван­ной.

— Я не думаю, что собак стоит купать в тех же ваннах, которыми пользуются люди.

Коннор взглянул на нее, и его губы ис­кривились в дьявольской усмешке.

— Ничего нет в этом страшного. Собака спокойно сидела в ванной, глядя на Лауру своими добрыми глазами.

— Откуда ты знаешь, какая зараза может скрываться под этой густой шерстью?

— Фиона уверяла меня, что это мыло убьет всех блох, которые могут на ней быть. — Коннор тер руками спину и бока собаки, взбивая густую пену. — и пахнуть она будет, как «Лес­ное дыхание».