Возлюбленная колдуна полностью

— Итак, все произошло так, как когда-то предсказала мудрая волшебница. — Коннор разгладил темно-синее одеяло, лежавшее у не­го на коленях. Синий кашемировый халат, в который он был одет, защищал его кожу от прохладного воздуха комнаты, но он не мог разогнать холодок, проникший в кровь Конно­ра, когда он понял, сколь многое потерял его народ. — Внутреннему Кругу ныне закрыт дос­туп к источнику силы.

— Мы лишились большинства наших спо­собностей.

«Через тысячу лет останется только гор­стка людей, не забывших древнее знание, и их дети не будут даже подозревать, что они об­ладают „силой Матери-Земли“, — слова Эйслинг эхом звучали в его памяти.

— Хотел бы я знать, навсегда вы лишились своих способностей, или же они только спят. — Коннор посмотрел на Остина, протягивая ему руку. — Не бойтесь меня, ослабьте свою за­щиту.

Остин посмотрел на Коннора с мгновен­ным подозрением, даже следами страха — страха перед тем, что Коннор может найти у него внутри.

— Вам так не хочется взглянуть на правду, скрытую внутри вас?

Остин глубоко вздохнул и схватил руку Коннора.

— Хорошо.

Коннор закрыл глаза, собирая силу, кото­рая обитала у него внутри, чувствуя, как она пробуждается и блестит, протекая через него.

— Чувствуете?

— Да, — прошептал Остин.

— Поищите эту силу внутри себя. Открой­тесь пульсу Земли, отдайтесь ему, чтобы он наполнил вас, пока ваше сердце не забьется в унисон с ним.

Остин еще крепче сжал его руку.

— Подставьте себя свету солнца, луны, звезд, чтобы он залил вас и наполнил вас. Пусть он пройдет через каждую клеточку ва­шего тела. Пусть он насытит вашу душу.

Остин втянул в себя воздух со звуком, пока­завшимся чутким ушам Коннора таким же громким, как ветер, свистящий в трубе.

— Не препятствуйте ему. Впустите в себя тепло. Ведь это ваше наследство. Остин ослабил хватку.

— Откройтесь свету. — Коннор чувство­вал, как расслабляется тело Остина, в которое проникает свет. — Пусть свет проходит сквозь вас. Вот так, отлично.

— Прекрасно! — Остин шумно дышал. — Как прекрасно!

Коннор открыл глаза, взглянув на Остина, который стоял, откинув голову и закрыв глаза, с кожей, пылающей в солнечном свете и с та­ким видом, будто получил благословение. Он отпустил его руку, улыбнувшись, когда Остин посмотрел на него с детским изумлением в гла­зах.

— Кажется, сила только спала в тебе, брат мой.

— Ты вернешься со мной в Авилон? Чтобы учить нас, помочь нам обрести утраченное?

— Это соблазнительно, но ты должен знать, что я скоро женюсь. А моя невеста еще не знает, кто я такой.

— Ты собираешься сказать ей?

— Видимо, я должен это сделать. — Кон­нор прочувствовал, как сжалась его грудь при мысли о том, как Лаура может отозваться на его признание. — И, тем не менее, боюсь того, что может случиться, если я открою правду.

Остин положил руку на плечо Коннора.

— Поверь мне, брат мой, между мужчиной и женщиной, которую он любит, не должно быть никаких тайн.

— Да, я тоже так считаю. Остается наде­яться, что если она любит меня, то примет меня такого, какой я есть.

Лаура остановилась, положив руку на бронзовую ручку двери в гостиную, и улыб­нулась, увидев, как ее отец обнимает тетю Софи. Она тихонько выскользнула из комна­ты, закрыв за собой дверь. Через две недели две пары встанут рядом и произнесут слова клятвы, которая свяжет их навсегда. Теперь все, что ей оставалось, — лишь поставить об этом в известность своего прекрасного буду­щего супруга.

— Мисс Лаура! — остановила ее Меган. Лаура, повернувшись, увидела, что Меган стоит в нескольких футах от нее, крепко вце­пившись крохотными ручонками в светло-си­нюю ткань ее платья. Она выглядела, как ма­ленькая девочка, нашедшая на улице обломки своей любимой куклы.

— Что такое, солнышко?

Меган посмотрела на нее. В ее больших голубых глазах стояли слезы.

— Бабушка сказала мне, что мистер Коннор ранен.

— Не волнуйся. — Лаура опустилась на ко­лени перед девочкой, положив руку на плечо Меган. — Он скоро поправится.

— Правда-правда?

Лаура поцеловала Меган в щеку, вдыхая сладкий запах лаванды.

— Правда-правда.

Меган захлопала в ладоши, улыбаясь так, как будто Лаура вручила ей самый лучший в мире подарок.

— Я так и знала, что он выздоровеет!

Лаура улыбнулась.

— Ты была уверена?

Меган кивнула, и густые темные кудри за­прыгали по ее крошечным плечам.

— Я знала, что он поправится, потому что ангелы не умирают!

Лаура теребила пышные темные локоны Меган.

— Ты думаешь, что мистер Коннор — ан­гел?

Меган кивнула с самым серьезным видом.

— Я не думаю, я знаю.

Лаура подумала о любимом человеке с гла­зами цвета яркого неба, который ждал ее в со­седней комнате.

— Я тоже знаю.

— Значит, он рассказал вам о том, что вылечил мне глаза?

У Лауры дыхание замерло в груди.

— Твои глаза?

Меган кивнула.

— Он прикоснулся к моей голове, и его руки были теплыми-теплыми. Я открыла глаза и увидела его. И я поняла, что он — ангел.

Не может быть! Просто не может быть!

— И он вылечил тебе глаза?