— Я? Я Мара Перворождённая, создание древних богов. Меня создала Дану, чтобы я оберегала её детей — фэйри. Это было очень давно, когда фэйри населяли всю Таринну, были её полноправными правителями, и кроме них не было практически никого, кроме разве что некоторых созданий Великого Тёмного божества. Среди них были и ЭльСаил, кровь которых течёт в твоих жилах. Но сейчас разговор не о них. Когда Дану создала меня, она сразу же подарила мне цель, и с тех пор эта цель сопровождает всё моё существование. Я должна была стать матерью для многочисленных племён фэйри и помогать им всем, чем смогу. Фэйри всегда были практически бессмертными, но практически не значит абсолютно, и рано или поздно их прекрасное существование подходило к концу. И тогда они приходили ко мне, на остров Вечного лета и оставались здесь. Остров стал для них и раем и загробным миром, и путём к будущему перерождению, если они пожелают. Я жила здесь долгие века, пока род моих возлюбленных детей не начал подходить к концу. Я не могла остановить их уничтожение, ничего не могла. И тогда мне помог Рьелль. Я была его любовницей в то время.
— Что? — поперхнулась я, но Мара смотрела на меня всё так же безмятежно.
— Да, я была его любовницей. Тебя это удивляет? Он бог тьмы и смерти, но иногда и таким созданиям, как он, нужно обычное тепло и немного любви. Рьелль помог мне увеличить остров Вечного лета и дать на нём приют всем, кто в нём нуждался. Многие племена в то время ушли с Таринны и обосновались здесь. Мир фэйри сильно изменился и стал не таким, каким был раньше. А я продолжила нести своё бремя и выполнять свой долг. Когда Рьелль был изгнан мне хватило сил, чтобы удержать мою обитель от разрушения. Мои дети были в безопасности, по крайней мере я так думала. Но вот и сюда добралось всепожирающее зло. Оно слишком сильно, оно напиталось кровью, магией и жизнями. Я чувствую исходящую от него отвратительную энергию.
— Ты знаешь, что именно пришло на твои земли?
— Оно похоже на человека, но им не является. Это квинтэссенция чуждого мне волшебства, заглянуть внутрь которой я не могу. Для того, чтобы создать этого монстра, было убито несколько магов, и их жизни стали для него источником чудовищной мощи.
Смерти магов? Я задумалась. Так вот для чего были те убийства в Афаль, всё это Серый Орден задумал, чтобы уничтожить священную обитель фэйри. Но их планы должны провалиться, я об этом позабочусь.
— Мара, скажи, если бы тех магов не просто убили бы, но ещё и пытали бы перед смертью, это имело бы смысл?
— Конечно, — кивнула женщина, — боль даёт силу, а боль, завершившаяся смертью, даёт небывалое могущество. Но, как я понимаю, тебя это не пугает.
— Нет, не пугает. Меня просили о помощи, но дело даже не только в этом. Я действительно хочу помочь, Мара, я должна. Я чувствую это.
Мы синхронно поднялись на ноги и Мара проводила меня к выходу. Дверь тихо приотворилась и я вышла в замерший мир. Бабочка остановилась в полёте и зависла над цветком, подхваченные ветром листья остановились над гладью пруда. Хозяйка острова указала мне на север острова.
— Он там. Желаю тебе удачи.
Её слова прозвучали в воздухе и рассыпались дрожью. Набежавший ветерок пошевелил мои волосы и побежал дальше. Насекомые, жужжа, полетели по своим делам. Я посмотрела на север, где небо казалось более тёмным, как перед приближением грозы.
