Взгляд Ви сверкнул, как будто он собирался поспорить, затем парень достал из кармана куртки самокрутку и, ругнувшись, отступил в сторону.
Шея Джона напряглась, как кулак, он ворвался в дверь и словно оказался в тупике. Печаль в комнате была настолько ощутимой, что ему пришлось практически ее ломать – тело прорывалось сквозь холодные стены опустошения лишь потому, что он заставлял ноги двигаться вперед.
Ее держали здесь.
Ее держали здесь... и причиняли ей боль.
Его губы разомкнулись, он начал дышать через рот, взгляд наткнулся на царапины на стенах. Их были сотни, наряду с черными пятнами ... и следами засохшей крови.
Темного красного цвета.
Джон подошел и провел руками по одной из борозд, которая была настолько глубокой, что сквозь шелковые обои проступила планка и штукатурка под ней.
Его вдохи становились все глубже, а выдохи короче пока он обходил комнату. Кровать была в полном беспорядке, подушки разбросаны по полу, одеяло клубком...
Повсюду была кровь.
Протянув руку, Джон осторожно взял одну из подушек. Поднеся ее к носу, он вдохнул... и уловил реальную версию того, что ему снилось каждую ночь: аромат Хекс.
Его колени подломились, он рухнул на край матраса, словно камень на дно глубокого озера. Уткнувшись лицом в мягкую поверхность, он вдыхал ее запах – этот аромат был, словно память, одновременно материальный и такой же неуловимый.
Она была здесь. Совсем недавно.
Джон взглянул на испачканные кровью простыни. На окровавленные стены.
Он опоздал.
Лицо Джона стало мокрым, он почувствовал, как что-то стекает на подбородок, но ему было все равно. Его поглотила мысль о том, что он был так близко к ее спасению... но все равно опоздал.
Рыдание, вырвавшееся из его горла, можно было даже услышать.
***
Еще никогда в жизни сердце Хекс не было так близко к тому, чтобы разорваться от горя. Она всегда полагала, что это по вине ее симпатской стороны, что-то вроде врожденной патологии, она была тверда в моменты, когда любая другая женщина слетела бы с катушек.
Оказалось, она глубоко ошибалась.
Она стояла рядом с Джоном Мэтью, и смотрела на то, как его огромное тело сгорбилось на краю кровати, а орган, что, бился в ее грудной клетке, разлетался на куски, словно разбитое зеркало.
Оставляя после себя лишь мелкие осколки.
Она была целиком и полностью разрушена, когда смотрела, как он обнимает подушку, словно новорожденного, и в момент его полного отчаяния, была готова сделать все, чтобы облегчить его боль: хотя понятия не имела, почему он ее испытывал, но это было уже не важно.
Имело значение лишь то, что он страдал.
Совсем ослабев, она опустилась на колени рядом с ним, глазами впитывая печальный образ, который он вырезал прямо в сердцевине ее мозга.
Казалось, прошли века с тех пор, как она видела его в последний раз, и Боже, он был все так же красив, даже больше, чем она вспоминала в моменты затишья. Его сильный, жесткий профиль, необычные синие глаза, лицо воина, и соответствующее этому статусу огромное тело, плечи, в три раза шире ее. Он был одет в кожу, за исключением футболки под курткой, волосы практически сбриты, как будто ему было абсолютно наплевать на то, что твориться у него на голове, и он просто состриг все электробритвой.
На футболке и куртке виднелась кровь лессера.
Он убивал сегодня ночью. Может быть, именно поэтому он ее и нашел.
Ну, почти нашел.
– Джон? – раздался тихий мужской голос.
Она посмотрела в сторону двери, хотя он даже не повернул голову на звук. Там стоял Куин, потом к нему присоединились Братья Рейдж и Вишес.
Как-то рассеяно, она отметила шок на лицах Братьев и поняла, что раньше они не догадывались, что существует серьезная связь между ней и Джоном. Теперь они это поняли. Четко и ясно.
Куин вошел внутрь и подошел к кровати, его тон оставался мягким. – Джон, мы здесь уже полчаса. Если мы хотим допросить того лессера внизу, нам надо действовать чертовски быстро. Нежелательно делать это здесь, и я знаю, что ты сам хочешь этим заняться.
О, Господи... нет...
– Возьми меня с собой, – прошептала Хекс отчаянно. – Пожалуйста... не оставляй меня здесь.
Внезапно, Джон взглянул в ее сторону, как если бы услышал эту просьбу.
Но нет, он просто смотрел сквозь нее на своего друга.
Когда он кивнул, она запечатлела в памяти каждую черточку его лица, понимая, что видит его в последний раз. Когда Лэш узнает о взломе, он либо сразу убьет ее, либо перевезет в другое место, и шансов на то, что она доживет до следующего раза, когда ее найдут, не было.
Подняв руку, понимая, что это ничего не даст, она положила ее на щеку Джона и провела большим пальцем по влажной дорожке. Ей показалось, она почти почувствовала тепло его кожи и слезы на щеках.
Она отдала бы все за возможность обнять и крепко прижать его к себе. И больше, чтобы уйти с ним вместе.
– Джон... – прохрипела она. – О, Боже... зачем ты так с собой?
Он нахмурился, но, без сомнения, лишь от того, что Куин ему что-то говорил. Вот только он поднял руку и поднес ее туда, где она только что его коснулась.
Хотя нет, он просто вытирал слезы.
