– Эбигейл? Нам надо идти.
Она вытерла слезы тыльной стороной ладони. Эбби так много хотела ему еще сказать.
«Я люблю тебя. Как могут три коротких слова застрять в горле?»
Джесс оказался прав. При прощании сложнее всего произнести именно те слова, которые стоило бы сказать. Призвав все свое мужество, она отстранилась и пошла к Чу Ко Ла Та.
Джесс не мог дышать, видя, как она исчезает в пещере.
«Как я мог ее отпустить?»
Долг. Честь. Всю ночь напролет он мог придумывать «благородные» причины. Но ни от одной не стало легче.
Одна жизнь ради спасения мира. Справедливый обмен. Единственная проблема в том, что эта жизнь стала для него целым миром.
И он только что послал ее на смерть.
Сам.
Эбигейл прижала часы Джесса к сердцу и последовала за Чу Ко Ла Та в пещеру, которую судя по виду высекло нечто иное, но только не мать-природа. Как только темнота полностью поглотила их, Чу хлопнул в ладоши три раза, и на третьем хлопке между ладонями вспыхнуло пламя. Он широко раскинул руки, образуя дугу света, которая устремилась к глиняному потолку. Сине-зелено-красно-оранжевые цвета переливались в пламени, действуя как услада для глаз.
Огоньки как живые помчались по пещере. Вспыхнули факелы, о существовании которых Эбигейл даже не подозревала. Пламя затанцевало на стенах, освещая множество наскальных рисунков.
Один рисунок на дальней стене привлек внимание. На нем был изображен мужчина в коже бизона, державший за руку женщину с крыльями бабочки.
Она уже видела это раньше.
Но где?
Чу Ко Ла Та подошел и встал у нее за спиной.
– Открой свой разум, Эбигейл. Не бойся.
Его тон убаюкал. Внезапно веки отяжелели. Стало почти невозможно держать их открытыми.
«Не спи».
Однако она не могла сопротивляться дреме. Вопреки желанию, веки сомкнулись, и в голове замелькали образы.
В лицо ударил холодный ветер. Она бежала к небольшому пруду, пытаясь найти что-то. Точнее кого-то.
– Где ты? – позвала она громким шепотом.
Никто не откликнулся. Беспокойство сдавило сердце.
«Где он? Что-то случилось? Он никогда не опаздывал».
Нахлынул ужас.
«Что я буду делать, если он исчезнет?»
– Я тебя никогда не брошу, любимая.
Она засмеялась, услышав глубокий голос и почувствовав дыхание, ласкающее шею.
– Ты не представляешь, что это значит для меня.
Он прижался своей слегка небритой щекой к ее гладкой коже и обнял. Ох… Именно этого она жаждала весь день. Она улыбнулась и позволила укачать себя в объятиях под плеск волн о край пруда и пение птиц.
Он поцеловал ее шею.
– Ты уже сказала ему?
Вопрос пронзил счастье стрелой печали.
– Нет. Я не могу осмелиться.
– Тогда ты выйдешь за него?
– Нет, – сказала она, застенчиво опустив подбородок. – Я не могу.
Он сжал ее в объятиях.
– У тебя лишь две альтернативы.
Но она знала, что существовал и третий вариант.
– Мы можем убежать. – Она прижала его руку к своей коже. – Вдвоем. Мы снова будем свободны, и никто…
– У меня долг, – голос жалил как лезвие кинжала. – Неужели ты хочешь, чтобы я от него отрекся?
– Да, – честно ответила она.
Он сжал зубы.
– Нет.
Одно это слово глубоко ранило сердце, которое билось лишь для него.
– Разве ты не любишь меня?
– Конечно, люблю.
Она повернулась в его объятиях, и он увидел отчаянье в ее глазах.
– Тогда пойдем со мной. Сейчас. Сегодня.
У него потеплел взгляд от ее непосредственности, от недавней злости не осталось и следа.
– Я не могу, – он нежно погладил ее подбородок. – Ты должна рассказать ему о нас.
Вина ножом полоснула сердце, когда она подумала о мужчине, который любил ее так же, как она любила Бизона. Мужчине, который не раз показал, что она для него ценнее собственной жизни.
«Почему я не могу любить его?»
Ведь так было бы гораздо проще, а она действительно пыталась. Старалась изо всех сил.
К сожалению, у сердца свои законы, оно глухо к доводам рассудка.
– Правда уничтожит его, а я этого не хочу. Он так много дал мне и был так добр…
В темных глазах полыхнул гнев.
– Тогда выходи за него.
Эти слова ударили как пощечина. Она их не заслужила.
– Тебе не стоит говорить того, что ты на самом деле не хочешь. Что, если я так и поступлю?
У него раздулись ноздри.
– Я вырежу его сердце и заставлю самого же съесть.
Теперь он испугал ее.
«Настоящий ли он со мной или притворяется?»
– Что с тобой?
– Моя возлюбленная никак не образумится. Вот и все.
Она покачала головой. Инстинкты кричали, что он ошибается.
– Есть что-то еще. Ты … изменился.
– Я такой же, как всегда.
Но она знала лучше. Это был не тот мужчина, который завоевал и покорил ее сердце, и смог совершить то, на что никто другой так и не отважился.
– Тебя испортил твой дог?
Он усмехнулся.
– Я сильнее этого.
«У всех есть слабости. У всех».
– Откуда взялось твое высокомерие?
Она не понимала, как он мог так измениться.
– Правда – это не высокомерие.
Она с недоверием посмотрела на него.
– Кто ты?
– Я мужчина, которого ты любишь.
Слова ранили больней всего.
– Разве ты не тот мужчина, который любит меня?
– Конечно.
Она покачала головой.
– Нет, ты этого не сказал. Ты просто переиначил, как важнее для тебя. Ты заботишься лишь о себе.
– Я этого не говорил.
– Тебе и не нужно, – глаза застлало от горьких слез. – Слова выдали твои мысли.
